Лучше Дитя не знать о Матери Нежели предаваться разложению Духа Соприкасаясь с Матерью И тогда Господь сохранит Сына своего Ибо Господь есть и Мать и Отец В.В.

 

20.06.04. На пятые сутки пути наш поезд достигает заветного перрона. Встреча. Состояние спокойное. Среди встречающих узнаю знакомые лица Жени и Вадима. И вдруг, чуть в стороне от суетного потока людей, — два необыкновенно близких мне человека. Элиия и Лаарк — это подарок Отца. Здравствуйте, дети! Малыша вижу впервые. По дороге в Лабораторию отловила мысль, что хотела бы к себе большего внимания от дочери. Остановилась в развитии дальнейших «умничаний» и стала играть на окарине. Прошло более двух лет, как дочь покинула дом, выйдя из-под родительской опеки. О чем еще может мечтать мать, когда ее дитя идет свой путь в Ауре Мастера? Все остальное — тоска, чувство забытости и ненужности — лишь амбиции эгоистичной натуры.

Через семь часов пути встреча с Отцом: «Добро пожаловать домой». А дальше без лишних слов и эмоций, сразу за дело! Благодарю!

Сай-Ёо-Ри, Аллизарх, Женя, Геннадий, Валерий, Николай, Галина. Привет, ребята! Очень рада встрече с вами.

Лаборатория Аиинов — Центр «Цефея», затерянный где-то в лесах на границе монгольских предгорий. Двенадцать сосен обрам­ляют нос корабля — Лаборатории, дальше — вода, еще дальше — погост. Звездный Ветер Запредельного Космоса надувает Алые Паруса наших Сердец, и Корабль пускается в плаванье по безбрежному Океану Вечности!.. Понимаю, что такое путешествие становится возможным, только тогда, когда в твоей жизни появляется Мастер.

 

21.06.04. Постепенно вхожу в жесткий ритм жизни Лабора­тории. Чувствую небольшое напряжение. Абсолютно все отличается от жизни в общепринятом человеческом смысле. Начинает «припекать». Редкий человек, попавший в Ауру Мастера, не испытывал сложностей со своим телом. Занимаясь, казалось бы, повседневными заботами, с нами происходят самые необычные и курьезные случаи. Отдаваясь во власть будничного смысла труда, мы поначалу напоминали запрограммированных роботов-механизмов, не осознающих, что руками каждого из нас создается фундамент будущего грандиозного строения, которому суждено стоять в веках и тысячелетиях.

Первая беседа Учителя — «О многоликости».

Сай-Ёо-Ри с самого утра очень неспокойна. Обрывки фраз, колющие всех окружающих, ответы с нескрываемым раздражением и слезы, текущие из глаз по любому поводу. На круге Отец задает Сай-Ёо-Ри вопрос:

— Лена, ответь, зачем ты пришла ко мне?

— Я всю жизнь искала Учителя и мечтала о встрече с Ним.

— Это не ответ.

— Я пришла к тебе, чтобы учиться.

— Очевидно, девочка, ты нашла не того Мастера. Вряд ли я смогу чему-нибудь научить тебя. Более того, я не смогу дать тебе то, что ты желаешь получить. Твое видение ученичества искажено и далеко от реальности. В этом заключен самый большой парадокс — ты устремлена и, несомненно, предана своему устремлению, но исключаешь все, что не может дешифровать твой ум. Сегодня так сложно рассмотреть твое истинное лицо, что я порой не знаю, к кому обращаться, ибо вижу перед собой целый легион Пашковых. Ты говоришь, что трудно жить в мире, где нет гармонии. А как ты можешь рассуждать о гармонии, если ее нет внутри тебя? Прошло пять лет с момента нашей встречи, а в тебе ничего не изменилось. Ты шумишь, суетишься, совершаешь самые нелепые действия и при этом вымещаешь свое раздражение на людях, которые, исполняя мою волю, терпеливо переваривают все твои состояния. Очень сложно существовать с тобой в одном пространстве. Поэтому, как ты могла заметить, периоды моего отсутствия в Центре участилась. Ты пришла в Ауру Мастера, чтобы удовлетворить свои личные амбиции и потребности. Истинный ученик может дать только один ответ: «Я пришел к тебе, Учитель, чтобы умереть». Только так возможно родить в себе Творца.

Вечером становлюсь свидетелем еще одной беседы дочери и Отца:

— Отец, во всех религиях и учениях мира говорится о триединстве — о трех незыблемых принципах движения человека в духе. Что в твоем понимании означает триада эволюции?

— Моя триада это Чистота Мысли — Отец, Чистота Слова — Сын и Чистота Дела — Святой Дух. Вот три критерия, определяющие Путь, и не имеет значения, как называет их человек — Тримурти из индусского пантеона богов или Святой Троицей из христианской молитвы.

— Мастер, а что есть Мысль?

— Мысль — Высшая инстанция Космоса, Вселенной, Планеты, Человека. Учение говорит: Мысль первична, все остальное вторично. Мысль есть Создатель всего сущего как на Земле, так и в Космосе.

— Мастер, что есть слово?

— Слово — путешественник из прошлого в настоящее и вестник будущего.

— Что означает действие?

— Пусть ответом на этот вопрос станет твой Путь, Дочь.

Бесценные знания улавливаю в каждом слове Отца. Так начинает открываться для меня занавес иной жизни, которая свершается в Ауре Мастера.

22.06.04. Беседа Отца. Община

 

Николай! С великой грустью наблюдаю твое ярко выраженное недовольство, которое демонстрируется всем жителям «Цефеи». Собака, помещенная мною всего на одну ночь в твою мастерскую, вывела тебя из состояния равновесия. Расскажи мне, где твое хотя бы внешнее железное спокойствие и глубина? Неужели все это лишь иллюзия — показная форма, за которой ты успешно скрывался все эти годы? На учении Порфирия Иванова ты взрастил огромное эго, став большим авторитетом у себя на родине. Прошло десять лет твоего пути в энергии Мастера, а с тобой так ничего и не произошло. В чем причина? Некогда ты пренебрегал тем, что тебе говорил Порфирий — сейчас ты избегаешь того, что дает тебе Рикла.

Ты выделил себя из единого потока жизни Лаборатории, создав обособленное княжество со своими законами внутри цивилизации Аиинов. Я веду тебя, как и каждого — абсолютно индивидуально. Но все мы делаем одно общее дело. Осознанная изоляция есть твоя неготовность жить внутри общины, где труд каждого человека имеет первостепенное значение. Что есть капля, скользящая по нежной поверхности листа? Сама по себе она ничего не представляет. Только в случае ее слияния с другими подобными ей каплями в единый поток, она сможет преодолеть любые расстояния, чтобы влиться в воды Великого Океана. Одна капля — очень мало, но это и несоизмеримо много, ибо просторы океана определяются каждой каплей, безвестно исчезающей в его водах. В мире все взаимосвязано. Отныне лишь тонкая нить взаимоотношений с Мастером соединяет тебя с Ядром «Цефеи». Остальное разрушено твоими действиями, не имеющими ничего общего с духом.

 

23.06.04. Вечером смотрю на звездное небо, здесь в горах оно так близко и реально. В ночной тишине четко слышны слова Отца и чуть различимый голос Сай-Ёо-Ри. В присутствии Мастера она не может молчать и минуты. Разбросанность мыслей создает постоянный внутренний диалог, который непроизвольно вырывается наружу. Темой беседы стал вопрос Ёорки о значении Луны в жизни Земли и ее влиянии на человека в моменты бессознательного состояния. Например — явление лунатизма, которое испытывает на себе некоторая категория людей во время ночного сна.

Отец отвечает тихим голосом, в пронизывающем звучании которого чувствуется, что мысли Мастера так же далеки и недоступны нам, как мириады звезд, сияющих на бескрайних просторах Черного Космоса.

«Луна — первая пристань на Пути развоплощенных к сферам и мирам своего дальнейшего существования в Надземном. Она является неким промежуточным звеном, куда прибывает большая часть осознаний после ухода из форм Земли для первичной отработки Кармы. Именно поэтому на Луне существует Шамбала, сотрудники которой приводят в чувства Души умерших людей, подготавливая их для дальнейшего путешествия в пространствах Космоса. Некогда Луна, прародительница форм Земли, имела все то же самое, что имеет сейчас наша Планета. Человек, по прошествии эонов лет, не утратил внутреннюю связь с электромагнитными токами Луны, некогда служившими ему единым полем энерго-магнитного излучения. Вынужденный в результате космических катаклизмов поменять свой дом, человек сохранил внутреннее знание или интуитивное чувствование магнитных излучений Луны, особенно сильных в период полнолуний. Они влекут и пугают, притягивают и отталкивают. Большинство людей, особенно те, кто проходил и получал свой опыт воплощений на других Планетах, уже не так чутко реагируют на электромагнитные волны, несущие Земле негативную (разлагающуюся) энергию, которая становится частью питания ее Ауры. Те же, кто по многим причинам получал свой опыт вопло­щений в основном на Земле, подвержены сильному влиянию лунных токов энергии на свой организм. Таких людей очень много. Отсюда происходит мифический страх перед Луной, легенды и сказания о многих явлениях, до сих пор не объясненных учеными. В полнолу­ния — моменты наивысшего магнетизма, проникновения Лунных лучей в Ауру Земли, — люди, сохранившие с ней связь, слышат зов энергии и идут на него. В эти моменты они впадают в лунный транс и могут ходить по электрическим проводам, проходить через физические препятствия, подниматься по воздуху, ибо в таком состоянии он является твердью для них. Самое главное — не тревожить человека и не пытаться насильно вывести его из глубокого сна. Вмешательство может привести к гибели. Луна, забирая огромное количество позитивной энергии из Ауры Земли, создает некие локальные пустотные образования — дыры в атмосфере нашей Планеты. В таких местах воздействие на физиологию человека лунных энергий будет особенно всепрони­кающе. Чтобы заполнить эти пустоты положительными флюидами требуется огромное количество времени. Ибо в регенерации пустот участвует не только растительный мир, то есть экология данного региона, но и человек, своими мыслями создающий положительные или отрицательные аспекты ауры Земли, особо ее нижних, плотных слоев».

Далее Мастер сказал, что моменты наивысшего протекания электромагнитных излучений Луны в Ауре Земли использует для усиления своих работ по созданию положительных мыслеформ и закладки новых аспектов своего Творчества, а также как дополни­тельный источник Света.

«Полная Луна скорее Союзник творческой мысли Мастера, нежели противник. По истечении времени человек откроет новые Законы взаимодействия электромагнитных полей Земли и Луны, и поставит себе на службу их физические и энергетические аспекты с большой выгодой для землян», — заканчивает Мастер нашу вечернюю беседу.

 

24.06.04. Мастер требует уходить в сон только через медита­цию. «Не спешите закрыть глаза и провалиться в сон. Вернитесь в утро прожитого дня и уже со стороны посмотрите на себя в нем. Воспроизведите все свои неблаговидные мысли, преднамеренные действия, направленные против человека, а также слова, которыми осознанно причинили боль. Через покаяние происходит осознание. Все ускоряется — все процессы, на которые ранее отводились века, будут разрешаться в кратчайшие сроки. Мир начинает движение в ускоренном ритме Нового Времени».

После ужина Элиия рассказывает мне об оживленной Мастером виноградной лозе: «С первых дней нашего пребывания в Центре Женя взял на себя обязанность ухаживать за виноградником. Вскоре оказалось, что один куст не набирает листву, а наоборот сбрасывает ее. Тогда Женя принялся было выкапывать растение, но Отец, случайно оказавшись рядом, остановил его вопросом: «Зачем ты это делаешь? А вдруг оно еще живое!» Женя ответил, что толку от него не будет, только место занимает. Тогда Отец сказал: «Женя, ты во всем усматриваешь только свои интересы и видишь смысл существования виноградника лишь в том, чтобы он кормил тебя плодами. А между прочим, у него свой эволюционный путь, свое назначение, своя жизнь, как и у тебя. Ты зацепился за внешние обстоятельства, даже не удосужившись проникнуть во внутренний мир растения. Оно живо, и я докажу тебе это. Запомни, даже в тело умершего человека в первые часы после смерти может вернуться жизнь. Мой главный инструмент — это Мысль».

Дочь провела меня в сад, где я увидела торчащую из земли засохшую лозу, на одной части которой уже виднелись нежные листики, а на второй, совершенно сухой, уже побелевшей, появились почки. ЖИВЫЕ ПОЧКИ!

 

24—25.06. 04. Сон. Вижу Рика, он весь истыкан швейными иглами. Сидит в стороне от людей и абсолютно ни на что не реагирует. Я в ужасе. Кричу: «Что вы делаете?! Остановитесь!» Рядом женщина в очках, она равнодушно смотрит на ребенка и улыбается.

Вечером, когда мы собираемся за большим круглым столом, где с трудом помещаются все жители «Цефеи», Мастер рассказывает нам, как нашел это удивительное место. Растворив свой взор в пространстве, Он начинает говорить низким, пронизывающим голосом, от которого по телу пробегает мелкая дрожь: «Неотступно следуя Начертанию, я шел к этому свершению пять нескончаемо долгих лет. Пребывая в неустанном поиске ради того, чтобы вы и многие другие, кто придет после вас, могли проходить школу жизни в Ауре Центра Рода, закладывать фундамент новых, не свойственных славянскому народу взаимоотношений Мастер — Чела. Мне с самого начала был известен регион, где предстояло создать Центр Рода — действующую Лабораторию Шамбалы Земли. К апрелю 2004 года радиус моего поиска был сужен до конкретного места».

 

25.06.04. Перед обедом Учитель сообщил, что ждет всех у куста желтой розы ровно через шесть минут. Просьба быть точными и не опаздывать. В назначенное время все собрались.

Мастер медленно обвел всех пронизывающим взглядом и заговорил: «Несколько дней назад мы стали получать из тонких миров информацию, что мой младший сын находится в плохом состоянии, которое было спровоцировано ответственной за него женщиной. Это Елена — мать мальчика. Сегодня мы получили подтверждение этому из физического мира. Гнев мой был велик. Я вышел во двор, взял в руки лопату и пришел к этому кусту дикой розы, чтобы освободить себя, обуздав своего человека. Я начал возделывать целину. Перекопал этот участок земли, очистил от сорняков все корни розы, обрезал ненужное, убрал весь сор. Вскоре я почувствовал тишину и только тогда, из глубины сердца, я позволил себе послать этой женщине свою энергию. Затем я услышал ЗОВ. Здесь, рядом, кто-то просил о помощи. Я не мог точно определить место и начал копать дальше. Вскоре, на глубине пятидесяти сантиметров, показался маленький корешок розы. Человек не обратил бы на него никакого внимания, ибо на растении уже были видны следы разложения. Но именно оно посылало Зов, и моя задача была услышать его и прийти на помощь. Я выкопал корешок и посадил его рядом с этим необыкновенно красивым кустом розы, на котором вы видите два ярко алых цветка, распустившихся сегодня утром. Я предлагаю одному из вас оживить выкопанный мною корень и подтверждаю, что это возможно. В силу определенных обстоятельств я попрошу выполнить это Женю. Я увидел, что за последние две недели его внутреннее состояние изменилось — появилась несвой­ственная ему глубина и творческий полет мысли. Он сможет достичь необходимой концентрации, что является залогом успеха в этом творчестве. Необходимо просто стать самим растением и на время взаимодействия с ним забыть о себе. Запомните — если есть Зов, значит, есть жизнь.

Рядом вы видите еще один корешок. Его я поднял с той же глубины и посадил между двумя кустами благоухающих роз. На нем есть маленький отросток, что говорит о некой жизнедеятельности растения. Но оно, на протяжении стольких месяцев лишенное солнечной энергии, слишком слабо и, оказавшись на поверхности, может погибнуть от тех же самых солнечных лучей. Сохранить в нем жизнь и дать энергию роста — вот задача, которую я ставлю перед вами. Кто из вас готов взяться за это дело?

Первая вызвалась Сай-Ёо-Ри.

— Кто еще?

— Я могу попробовать. (Николай)

— Попробовать — это не энергия. Попробовать можно хлеб. Здесь не пробовать нужно, а действовать. За твоими словами, Николай, я вижу страх взять на себя ответственность. При такой формулировке ответа ты оставляешь себе шанс в случае неудачи сказать: «Попробовал, но, к сожалению, у меня ничего не получи­лось». Что, больше никто не рискнет проверить свои возможности?

— Я, Отец. (Сан-Тони)

— А ты знаешь, что сохранить жизнь растению равноценно сохранению жизни ребенка? В обоих случаях ты должна отдать им всю свою любовь и жизнь, если потребуется.

— Да, Отец.

— Я тоже готов. (Геннадий)

— Хорошо. На этом достаточно. Пришла моя очередь говорить. Галина Павловна, эту розу я отдаю тебе и возлагаю на тебя ответствен­ность за ее будущее. Почему именно ты? Первая мысль, услышанная Мастером, исходила от тебя — смогу или не смогу? — прозвучал твой вопрос. Я предоставляю тебе возможность ответить на него самой.

После ужина Мастер собирает круг, на котором просит рассказать Элиию о значении созвездия Цефей, теперь так часто упоминаемом в стенах Лаборатории.

«Весной 2003 года нам было явлено: «…обозначьте на физической карте места всех уже заложенных и предполагаемых Магнитов на Алтае. В соответствии с каналами движения энергетических потоков и их взаимодействия соедините все точки. Полученная фигура — есть сформировавшееся созвездие, которое откроет Суть многолетнего труда Мастеров, творивших формы в мире Земли и Космоса. Осознание Происходящего даст ответы на все возникшие в процессе подготовки вопросы».

На трехкилометровой карте были отмечены семь точек — открытые Мастером Места Силы — ЯРЛу, Рериховские Озера, Место Силы Цивилизация, три слияния рек Ак-Кем-Катунь, Катунь-Аргут, Аргут-Шавла и гора Белая — Источник питания Магнита.

Соединив между собой эти точки, мы получили интересную фигуру — слегка перекошенный влево дом с двумя дорожками, расходящимися от него в противоположные стороны (влево и вправо). При сравнении с картой звездного неба я нашла абсолютное подобие форм — перекошенный дом с треугольной крышей, что соответ­ствовало одному из созвездий Вселенной Млечный Путь, Цефей. Так начались мои изыскания в этой области, совсем в не известном мне направ­лении земного восприятия Космоса, Его устроения и Законов.

Следующий этап познания начался с вопроса: почему именно созвездие Цефей было спроецировано в формы Земли и какова Суть замысла Владык?

Обратимся к одному из мифов древней Греции. Старец Нерей, вырвавшись из крепких рук Геракла, совершил насколько превра­щений, которые отобразились на звездном небе созвездиями. Одной из ипостасей, которые принимал Нерей, была Вода, и она легла на карту Космоса созвездием Цефей. Оно представляет образ головы великана, пьющего из Млечного Пути, из уст которого выходят в разных направле­ниях два потока. Великан пьет воду из Небесного Источника, питаясь энергией Космоса. Проведем некую аналогию. Система Материнского Магнита, выстроенная Рикла на Алтае, — земная проек­ция небесного Великана Цефея, получает живительную влагу (энергию), направляемую к Земле Планетой текучих форм Прозерпи­ной. На физическом плане созвездие-Магнит аккумулирует энер­гию двух могучих потоков, берущих начало с Ледников Белухи и Безалы.

Известно, созвездие Цефей станет следующим пристанищем Полярной звезды, что обусловит начало новой эпохи в эволюции Земли. Сегодня, как и многие тысячелетия назад, когда наши предки закладывали формы будущей эволюции Планеты, Рикл проводит на Землю Знание о Новом Времени Цефея, предвещая Его. Происхо­дит плавное совмещение эпох, этапы Будущего вплетаются в Единую канву Настоящего. Созвездие, заложенное в формах Земли, через живой Камень, во встречных лучах энергии соединится с косми­ческим Цефеем. Энергия начнет распространяться в гори­зонтальных слоях Планеты, приспосабливая атмосферу — Ауру Земли, физические формы, меняя мышление человека и воздействуя на его сознание, новыми токами Созвездия Цефей.

— Да, Дочь, пройдут тысячелетия, Полярная звезда войдет в Цефей и на физической карте Земли будет соответствовать Месту Силы Рериховские Озера, что на Алтае. На картах звездного Неба над точкой северного полюса встанет альфа Цефея. Цикл будет завершен. Установится прямая связь Магнита, заложенного на Земле, с Созвездием. Это и станет началом создания Северной Шамбалы Земли, питать которую будут энергетические токи Созвездия Цефей и многие другие, еще не известные землянам Миры, Планеты, Галактики, из которых пришли Мы и придут Мастера и Учителя Будущего».

 

27.06.04. Отец и Элиия уехали. В Центр вернулись Айна, Лаарк и Таня.

Трудные для меня дни. Тонны дерьма всплыли, но чувствую, что это только начало — все впереди. Невежеством наполнена жизнь и страшно узнать свое лицо в многомиллионной толпе заблудших, называемых современным цивилизованным обществом. Горю, как швед под Полтавой.

В Центре с отъездом Отца стало очень шумно. Какое заблужде­ние думать, что изменение нашего состояния не будет проявлено отсутствием Мастера. Татьяна пришла в комнату около двенадцати часов. Я сказала, что Отец дал всем энергию ложиться отдыхать не позже одиннадцати. Она ответила, что разговаривала с Айной, в то время когда ей было рекомендовано Мастером покидать кухню и уединяться в комнате для чтения. «Пустые разговоры лишают человека концентрации мысли и чувства постоянного напряжения, в котором неустанно держит его Мастер. Болтовня насквозь пропитана ядом разложения уже зрелой мысли». Я попросила впредь не вести себя подобным образом. Почему, когда Отца нет, все мгновенно становятся другими, прежними? Татьяна нахохлилась, но промолчала. Я чувствую себя неспокойно. Многому необходимо научиться. Поняла, что говорила не из тишины. Затихла!

 

28.06.04. Начала занятия музыкой с Лаарком. Отец дал энергию заниматься столько, сколько он сможет принять. Занятия продолжаются от трех до пяти часов. Мне приходится проявлять творческую фантазию, так как материал теоретический усваивается мгновенно. Отсутствие инструмента усложняет задачу практических занятий, поэтому углубленно вошли в теорию.

Они с Риком совершенно разные. Рик уходит очень глубоко в познании каждого явления, уделяя много времени самостоятельной работе. В процессе занятий с Лаарком увидела новые формы взаимодействия с Риком, если конечно Отец сочтет возможным нашу следующую встречу.

30.06.04. Приезд Отца и Элиии.

Сразу получила по полной программе. Ум не понимает ничего, да я и не пытаюсь что-либо понять. «Понимание не есть осознание». Такое ощущение, что я и моя голова не имеем друг к другу никакого отношения. Работали с Ёоркой в саду. Отец подошел, говорил о многогранности процесса взаимодействия с землей, об отношении к ней. И вдруг задал вопрос:

— Девчонки, в горы уйдете, а кто за садом ухаживать будет? Что выберете — горы или работу в «Цефее» в Ауре Мастера?

Ёорка говорит:

— На все Воля Твоя, Учитель.

— А ты Сан-Тони? Интересно, что ты ответишь.

— Считаю возможным и в горы сходить, и здесь все успеть.

— Твой ответ напомнил мне одного одессита, но мы же с тобой не на привозе в Одессе.

И тут я поняла, что слышу все, вижу, даже что-то мямлю в ответ, но ничего не соображаю. Смотрю на Отца, который продолжает говорить, а сама думаю: «С кем это он разговаривает?»

 

31.06.04—03.07.04. Потихоньку схожу с ума — интересный процесс. В Беседе о многоликости Отец говорил о Ёоркиных «легионах», осознаю, что каждое слово, сказанное здесь, в Центре Рода, относится ко всем нам и не важно, к кому именно в данный момент обращается Мастер. Четко вижу свои «легионы». Страшно и больно, вся жизнь — сорок с лишним лет — прокручивается перед глазами, как немое кино, представленное зрителю в черновом варианте — без монтажа. Кажется, что нет сил видеть это, но Мастер не приемлет половинчатости, вытаскивает все до конца, до самой нестерпимой боли. Особенно в вопросах воспитания дочери.

Занимаюсь с Лаарком, и радость и боль переполняют сердце. Все, что происходит со мной сейчас в Ауре Мастера, затрагивает самые глубинные процессы моей души. Здесь и Отец, Лаарк, Рик и Элиия. Все! И разрывает что-то изнутри. Все чаще ком в горле. Элиия предложила прогуляться с Ринкой по окружающим Лабора­торию лесистым горам. Шли молча всю дорогу, редкое слово звучало из ее уст. Смотрю на дочь и вижу в ее походке, взгляде, слове Отца. От них ничего не скроешь. Дочь задала вопрос, а я ответить не смогла, спазм перехватил дыхание. Ничего, глотай — все твое. Но какое счастье, когда проходишь через эти трепыхания. Звучит только одно: «Принимаю ВСЕ, даже если не понимаю. Со временем сработает каждое слово, каждый взгляд, каждый день, час, минута, секунда, миг!»

Сай-Ёо-Ри преображается! Отец доверил ей группу сотрудников, приглашенных им на большое экспедиционное кольцо. Я чувствую себя лучше, но боль не ушла. Слезы еще рядом, но все же стала тише. Сегодня (02.07.04) Отец объявил окончательный состав группы сотрудников:

Сай-Ёо-Ри, Сан-Тони, Стайри, Олайя, Валера, Гена, Ирина, Ольга, Надежда, Люба, Даниил — одиннадцать человек.

 

04.07.04. Отец, Элиия, Ёорка уехали. С этого момента со мной что-то начинает происходить. Потихоньку собираюсь, во всех смыслах — пакую рюкзак, привожу мысли в порядок. Завтра Гена, я и Валера выезжаем в указанное ранее место сбора. Весь день занимаюсь с Лаарком. Почти шесть часов. Мысли из моей головы куда-то улетучились. Молитва — призыв внутри. И больше ничего. За месяц занятий мальчик освоил теорию трех классов музыкальной школы в совершенстве.

 

05.07.04. Выезд. Лаарк увидел, что все собираются, спросил:

— И ты, Сан-Тони, уезжаешь?

— Да.

— А может, не поедешь, останешься со мной, а то вдруг не вернешься?

— Я обязательно вернусь, но не поехать не могу — такова Воля Отца. До встречи, Лаарк! До встречи, «Цефея»!

Я сидела в машине, Лаарк еще что-то кричал нам в след. Машина тронулась. В добрый путь!

Мы ехали, а я все слышала его слова о том, что я не вернусь. Зная, что все очень серьезно относятся к словам Лаарка, я было призадумалась, но быстро привела мысли в порядок — абсолютное доверие! И более ничего. Всю дорогу пребывала в тишине. Вдруг почувствовала Лаарка. Не видела, но сердцем чувствовала его. Он одел мне на голову что-то вроде обруча. Я не чувствовала тяжести, но ощущала его физически. Благодарю! С этого момента еще более затихла, сконцентрировалась. Увидела корешки некоторых проблем, долго терзающих душу. Ощутила помощь Отца, и стало легче. За семь часов пути прожила целую жизнь.

 

06.07.04. Утром в аэропорту встретили Ольгу. Проводим общий сбор. Там Гена из Харькова, Валера из Нижнего Новгорода, Олайя из Челябинска, Люба и Даниил из Барнаула, Ирина из Киева, Сай-Ёо-Ри из Котласа. Надежда из Омска будет завтра. Сегодня ночуем все вместе — экспедиция началась. Ёорка очень напряжена, появилось легкое раздражение и суета. Около одиннадцати дня звонок — Отец ждет нас в Лаборатории. Элиия и Вадим встречают нас и проводят к Мастеру:

— Сай-Ёо-Ри, что с тобой произошло за последние сутки? За день пути ты сумела растратить все, что приобрела за месяц жизни в Центре. Неужели все напрасно — слезы, метания, беседы Мастера? Что будет на маршруте с людьми, которых я доверил тебе? С большой скоростью и легкостью улетучивается то, что некогда было привиле­гией Сай-Ёо-Ри, передо мной снова стоит разбалансированная Лена Пашкова.

В голосе Отца было столько боли. После недолгой паузы, Мастер остановил свой взгляд на мне и тихо произнес: «Руководителем группы, Волей Своей, назначаю Сан-Тони. Ты поведешь ребят. Сай-Ёо-Ри — технический руководитель, Геннадий Иванович — помощник технического руководителя — проводник. Прошу вас внимательно выслушать мои последние наставления и реко­мендации».

Мой ум в очередной раз «сошел с ума». Внутри все мощно заколотилось. Мне казалось, зубы стучат так, что это не может быть не замеченным. Не страх, но глубокое переживание. Природа этого мощного потока, пронзившего меня с ног до головы, известна — ответственность за жизни десяти человек, среди которых один ребенок. Отец продолжал говорить. Было очень холодно, оттого, что внутри было невозможно жарко. Мастер знает все на тысячу шагов вперед — я не знаю ничего. Благодарю за путь!

Позже знакомство с еще одним участником экспедиции — Надеждой. Вечером сборы. Бесконечное количество раз взвешиваем рюкзаки. Очень большой вес. Все стараются взять как можно больше теплых вещей. Напуганные прошлогодними морозами, всячески пытаются незаметно доукомплектовать свой рюкзак кофточками, свитерами, шарфами и шапками. Но их постигает неудача, при проверке содержимого рюкзаков все лишнее отправляется обратно. Наконец установлен необходимый вес. После ужина — круг. Началась работа. Нам всем необходимо стать одним целым. Отцом была дана энергия о трудностях и опасностях на тяжело проходимых участках пути. У каждого есть возможность остаться. В ответ — тишина, глаза светятся, есть готовность двигаться. Тогда в путь!

 

 

ЭКСПЕДИЦИОННОЕ КОЛЬЦО

 

07.07.04. Двадцать второй лунный день. Ивана Купала.

06:00. Выезд группы из Барнаула.

18:00. Встали на тропу. Сай-Ёо-Ри, Сан-Тони, Ирина, Стайри, Валера, Даниил, Надежда, Олайя, Люба, Ольга, Гена.

Радость у всех на лицах. Вперед! Как только началось наше движение — запела птица — знак Отца.

20:00. Стоянка у лиственницы.

Палатки: *Сан-Тони — Сай-Ёо-Ри; **Стайри — Ирина; ***Олайя, Ольга, Надежда; ****Гена, Люба; *****Валерий, Даниил.

 

08.07.04. День первый. 08:00. Выход.

09:45. Кузуяк взят.

Стайри отстает, Надежда двигается тяжело, постоянно меряет пульс. На привале сказала: «Легко быть сильным среди слабых, но тяжело быть сильным среди сильных». Данил с капризами. Люба постоянно пытается держать сына во внимании, не упуская любой возможности внести коррективы в его действия. Меняем порядок построения группы. Ответственными за Данила назначаю Геннадия и Валеру. Стайри и Ольга — все чаще вижу их вместе.

 

09.07.04. С утра чувствуется общая несобранность. Несмотря на ранний подъем, выход задерживается на пятнадцать минут — Олайя. Тропа размыта, идти сложно. Рюкзак плохо отрегулирован — скользит по спине. Спотыкаюсь. Бродим по Ак-Кему — поток несет камни по узкому руслу реки. Чувствую толчок, как подсечка и падаю в воду. Результат — разбитая нога. Встаю и уверенным шагом, не обращая внимания на сильную боль, продолжаю идти вперед. Останавливаться нельзя, за мной десять человек и каждому в первые дни пути нелегко. Вскоре возникает чувство, будто бы что-то забыто. Проверила рюкзак — все в порядке, но ощущение потери не исчезло. Через полчаса на привале обнаружили, что Ирина оставила котомку с посудой на месте прежней стоянки. Мне необходимо впредь быть внимательнее. До вечера нас сопровождает моросящий дождик и солнце.

Даниил халтурит, идет нога за ногу, без интереса. У Любы высокая температура, тошнит, озноб, но идет в тишине.

Иринка выкладывается до предела. Ольга все делает легко.

Олайя держится высокомерно, в разговор всегда вставляет неуместные комментарии — мнение психолога. На привалах держится отдельно от группы, несколько раз происходит задержка выхода по причине ее отсутствия на стоянке в назначенное время. В голосе при общении слышны повелительные и капризные нотки.

Надежда — идет тяжело, постоянно просит сбавить темп, учитывая ее возраст. Губная помада пока еще присутствует в ее жизни на тропе.

Ёорка и Гена — с первых шагов между ними возникает соперничество. Пока ничего конкретного, но в глазах постепенно разгорается пламя противостояния.

Стайри — идет тяжело, но старается не снижать темп.

Валера грубоват с Даниилом. Он нетерпим к вопросам и просьбам мальчика, состояние его не спокойно — сильно раздражен. Чувствую, Даньке некомфортно с нами.

После обеда серьезный проговор о необходимости усиления концентрации и внимания. Нет тишины. В группе очень шумно.

Ирина под рюкзаком — человек. Она сливается с ритмом движения и идет очень красиво. Но стоит снять рюкзак, как тут же открывается рот, и тишину нарушают пустые слова без связных мыслей. Олайя ведет беседы на светские темы, ее поддерживает Ольга. Стайри не вступает в дебаты, молчит.

Во время движения делаю перестановку в группе. Сай-Ёо-Ри и Валера обнаруживают на себе клещей.

Вечером, на подходе к «Высотнику», начинается неприятный, затяжной дождь. Даниил постоянно хнычет. Люба идет на пределе, ее сильно колотит и знобит. Но, несмотря на свое состояние, успевает «наподдавать» сыну. И без того постоянно опущенная вниз голова мальчика опускается еще ниже. Дождь постепенно прекращается. Делаем стоянку на камнях недалеко от «Высотника».

Мужчин нет. Валера занимается своей палаткой, а Гена вообще исчез из лагеря. Женщины все вместе таскают дрова, разводят огонь и дежурные начинают приготовление ужина. Вскоре, когда ужин уже почти готов, появляется Валера, через сорок минут Гена. Говорит, что у него сложное состояние и поэтому в работу включиться не может. Мне стало стыдно за него, здорового мужика.

До ужина, в двадцать один час было великолепное зрелище. Солнце осветило все пространство Долины Ярлу, с которым нас разделяла гора. Осветились все вершины, Долина сияла. Облака на небе стали розово-алыми. Все ребята это приняли как приветствие. Благодарим!

 

10.07.04. Выход задержался на пятнадцать минут — снова Олайя. Моросит дождь. Подходим к метеостанции и вскоре переправляемся через озеро на лодках. От ребят узнали, что вчера в Ярлу прошли две группы.

Первая — одиннадцать человек (москвичи, немцы, итальянцы); вторая — четыре человека (немцы).

Долина свободна, и мы размещаемся на Аиинской стоянке. Вскоре замечаю, что Геннадия, который сегодня костровой, снова нет в лагере. Дежурные не могут приступить к выполнению своих обязанностей, так как вся кухонно-экспедиционная утварь у Гены. Ребята несобраны, настроение праздно-веселое. Попросила Ирину сходить с Данькой за луком. На мою просьбу она не откликнулась, была занята чем-то своим — первостепенным. Мы пошли с ним вдвоем. И это замечательно. Мальчик, вырвавшись из под крыла матери, поделился со мной своими переживаниями. Оказалось, он и не предполагал, что конечная точка нашего маршрута — Материнский Магнит, и выразил некоторое сомнение в том, что он сможет идти дальше. Мама, в разговоре с сыном, осветила лишь малую часть предстоящего пути. В нашей доверительной беседе я рассказала Даниилу о маршруте, проложенном Мастером для группы сотруд­ников, не скрывая всех сложностей и опасностей, которые нас ждут в пути. Мы проанализировали его состояние на протяжении трех последних дней и распознали природу всех капризов. «Если не начать менять себя прямо сейчас, то дальнейшее движение не случится. Момент будет упущен. Отец увидел, что ты можешь стать участником большого экспедиционного кольца, значит, он верит в твои силы. Осталось теперь тебе поверить в себя. Решение ты должен принять самостоятельно — продолжить движение с группой или отправиться из Ярлу домой». На этих словах закончился наш разговор.

Вернувшись в лагерь, я почувствовала напряжение.

Сай-Ёо-Ри и Гена. Гена ушел и появился только через сорок минут. Как оказалось, совершенно забыв, что он костровой, и вообще мужчина, который мог бы оказать женщинам помощь в оборудовании лагеря, заготовке дров и так далее. Взяв краску, он отправился усиливать символы на Камне-Мастере. При его появлении произошла не очень красивая сцена, а точнее, несвойственная людям, выполняющим начертание Мастера. Увидев меня, Сай-Ёо-Ри, с присущей ей эмоциональностью, красочно описала их разговор с Геннадием, который состоялся за несколько минут до моего возвращения. Я попросила Ёори оставить этот вопрос до вечера и спокойно заняться выполнением своих обязанностей. Через несколько минут ко мне подошел Гена и спросил: «Сан-Тони, должен ли я подчиняться Сай-Ёо-Ри и выполнять ее указания?» Я рассмеялась в ответ и попросила его после ужина зайти в мою палатку, где мы сможем разобрать сегодняшний инцендент. Но он был очень взволнован и продолжал говорить, что несколько минут назад Сай-Ёо-Ри налетела на него с криками и претензиями, потребовав немедленно передать краску Валере. Я задала Гене только один вопрос:

— Гена, почему ты покинул лагерь, не согласовав с руково­дителем свой уход? Ты оставил в лагере одних женщин, совершенно не подумав, что прежде всего необходимо проявить заботу о людях, помочь им в благоустройстве стоянки, позаботиться о дровах и кострище.

— Я пошел выполнять Волю Мастера.

Наверное, он хотел пристыдить меня этими словами. И тогда я вспомнила, что говорил нам Мастер: «Нет больших и малых дел, значимых и менее значимых. Главное — это забота о человеке». И последние слова Отца перед экспедицией: «Тони, береги людей!» Я сказала Геннадию, что вечером мы соберемся втроем и обсудим сложившуюся ситуацию. Сейчас же я предлагаю ему хорошенько подумать и прежде, чем нападать на Сай-Ёо-Ри, посмотреть на себя, сделать анализ событий последних дней и увидеть, почему на тебя «налетели».

Олайя — не собранна, пребывает в эйфории, дисциплина отсутствует, разговаривает с девчонками с позиции «ОЛАЙИ».

Гена и Валера — какие же они мужики, одно название осталось. Хватаются только за свои дела, забыв о проблемах группы. Не видят, где нужна их помощь. Для Даньки они слабые наставники. Один добродушен и размазан, парень из него веревки вьет. Другой разговаривает с мальчиком приказным тоном и вообще с трудом переносит его соседство. В голосе постоянно слышится раздражение. Утром, во время последних приготовлений к выходу, Валера даже не взглянул на мальчишку, стоявшего рядом с ним. А вдруг ему нужно помочь — объяснить, как грамотно паковать рюкзак, подтянуть ремни, отрегулировать стойку? Нет, «наставник» был занят собой и не нашел времени, чтобы уделить внимание ребенку. Даня сопел, кряхтел, пытался сам справиться с рюкзаком неудобной конструк­ции — не получилось, но помощи просить не стал. Конечно же, мама подбежала и вместо легкой поддержки, в очередной раз лишила мальчика права самостоятельного детства. Валера этот момент не помнит, как и многое другое.

Даниил и Люба. В группе прозвучала энергия о том, что Данька сын каждого из нас и полноценный участник экспедиции. И если было угодно собрать нас всех вместе, чтобы двигаться в едином творческом потоке Мастера, то все мы должны стать целостным ядром. Энергия кровной матери — большой стоп на пути нашего движения! Люба контролирует сына каждую минуту. В туалет сопровождает, носки одевает, спать укладывает, стирает — лишает мальчика любой возможности проявить себя, хотя сама еле до Ярлу дошла. Как оказалось, тащила лишний вес, взяв подкормку для «малыша» и пару килограммов из его рюкзака. Поэтому горела мощно и шла так тяжело.

 

После обеда к Мастеру-Камню прошли девчонки из Перми. С ними мы несколько раз встречались на тропе. Через час в том же направлении растворилась группа иностранцев и москвичей. Сай-Ёо-Ри и я уже были там, когда обе группы вошли в Каменный Город. Мы наблюдали, как экскурсовод объясняет им природу происхождения этого «Камня-Мастера» и символов на нем. Я сняла короткий фрагмент легенды о сотворении Каменного Города. Начиналась она со слов: «Узнав о приближающемся конце света, люди вместе со своими семьями пришли в Долину Ярлу, чтобы провести здесь последние дни своей жизни. Они неустанно молились и просители Небо о спасении. Творец услышал их мольбу, и апокалипсис был предотвращен. В знак спасения всего человечества люди выстроили этот каменный город и до сего дня некоторые из них (экскурсовод указал на наш лагерь), продолжают жить здесь и не хотят возвращаться в губительную среду городов современной цивилизации». Иностранцы с интересом смотрели на книги, но в руки их брать не стали. В ответ на наш рассказ, мы получили сухую европейскую улыбку и недоверчивый взгляд. Девчонки из Москвы были более приветливы и открыты. В седьмом томе узнали человека на фотографии: «Это же наш проводник, Женя Соловьев. Он вчера с группой немцев пошел дальше». Так в горах работает свой канал оповещения. Благодарим, Мастер предупреждал нас о возможной встрече.

Вечером с ребятами проговаривали различные ситуации. Что-то начинает меняться в наших взаимоотношениях. Позже у костра Сай-Ёо-Ри рассказывает о событиях 2000 года. Чувствую, что некоторые участники группы не настроены идти дальше. Беседу у костра заканчиваю словами: «Из Ярлу еще можно вернуться назад, дальше — нет. Не лгите себе и открыто признайте свой страх, тогда у вас появится шанс перебороть его. Если Мастер нас собрал в одну команду, значит, он видит возможность каждого из нас выполнить начертание».

 

В 21:30 мы услышали звуки, напоминающие взмах крыльев. Звук диссонирующий — мощный скрежет. Сначала не обращали внимания, но в тишине это не могло остаться незамеченным. Звуки появились из ниоткуда. Через какое-то время Ирина очень громко озвучила: «Прошу всех затихнуть! Дух этого места через звуки и знаки природы пытается говорить с нами». В наступившей тишине мы четко слышали скрежет, через некоторое время повторились звуки, похожие на крик птицы. Мы слышали их то совершенно близко, прямо над нами, то очень далеко. Водопад то взрывался бурным потоком, обрушиваясь в каменное ложе, то затихал. Олайя не выдержала тишины и посмеялась над Ириной, что это просто птички летают. Я попросила ее помолчать и не мешать другим.

К одиннадцати шум неожиданно быстро затих, и в Долине воцарилась тишина. Все ушли спать, а мы с ребятами проработали утреннюю ситуацию. Говорила жестко, так как стало очевидным, что Ёори и Гена не собираются мириться друг с другом. Я вспомнила слова Отца: «Вы втроем — котел мудрости, но, запомни, поварешка одна — это ты». Так стоит подумать над тем, что же мы сварим в таком состоянии, и что я буду мешать — вкусную кашу, или… все зависит только от нас.

Ночью на стоянку пришли лошади, две белые и две черные. Устроили «танцы».

Спокойной ночи.

 

11.07.04. Чудесное утро. Солнце.

После завтрака Люба рассказала сон: «Сан-Тони ведет за уздцы черную лошадь. На физическом плане перед ней долина, ущелье. Во сне — разлом, вертикальная трещина. Появляются два алтайца. Они ищут лошадь. Сан-Тони направляет ее в разлом, отпускает удила, лошадь и алтайцы исчезают». После завтрака Данька сообщил, что дальше не пойдет. Дрожащими губами, со слезами в голосе сказал:

— Сан-Тони, я не выдержу.

— Это твое право. Отец дал тебе шанс мужчиной стать — ты от него отказался. Проще всего сказать «Я не выдержу» и уйти, оставив женщин одних.

Сегодня мы проводим работы по восстановлению стен и башен в городе. Скоро в Долину потянутся длинные вереницы людей из разных уголков Земли. Все они спешат на встречу с Мастером.

Дорогой к городу просматриваю варианты отправки Любы и Даниила — энергия не ложится. Думаю, что все может измениться. Работаем отлично, восстанавливаем разрушенную землетрясением правую башню. Настроение у всех замечательное, все ладится и спорится. Ни суеты, ни шума. Красиво. Данька практически не участвует в процессе. Сидит в сторонке и плачет. Люба оставляет строительство и уходит в направлении сына. Я не вмешиваюсь. Вскоре восстановительные работы закончены и ко мне подходит Данька:

— Сан-Тони, я передумал. Я остаюсь, чтобы идти вместе со всеми.

— Хорошо, тогда приступай к своим обязанностям, ты ведь помощник кострового. Нас ждет обед и сборы — завтра в путь.

Перед ужином беседую с ребятами у костра.

«Наша группа в составе одиннадцати человек завтра утром продолжает свое движение. Идем полным составом. Даниил принял решение остаться. В действительности через метания мальчика была проявлена энергия страха взрослых, именно их последние дни терзал вопрос возвращения. Ребенок откровенен с нами и с самим собой. Он открыт в своих переживаниях и страхах. Нам, взрослым, нужно этому учиться. Не забывайте, каждому из нас Мастер дал возможность пройти путь очищения, став участниками Его Творчества. Это и есть полет в собственные глубины. Каждый шаг по тропе, обозначенной Мастером, — шаг на Пути к познанию себя истинного.

Теперь о Данииле. Запас энергии есть, сил много, возможности огромные, но ничего не познано. Все забито и задушено чрезмерной материнской опекой. Несмотря на то, что Даниил дал согласие идти дальше, я вынуждена внести коррективы в его взаимоотношения с мамой на тропе. Если вы принимаете условия, на которых возможно ваше дальнейшее присутствие в ауре группы, мы продолжаем наш путь вместе. Если нет, значит, ваша приверженность пути лишь иллюзия. Энергия кровной матери, а точнее, ее эгоистичные проявления — пудовые гири на ногах ребенка. Если ты, Даниил, не сможешь избавиться от ее чрезмерного влияния на твою жизнь сейчас, то со временем это будет сделать очень сложно. Твоими Наставниками будут Геннадий и Надежда. Вся забота и ответ­ственность за ребенка возлагается на них. Люба не будет более принимать участия в судьбе мальчика на маршруте и отдаст ему забранные килограммы».

Условия приняты, мы продолжаем подготовку к выходу.

 

 

* * *

Сай-Ёо-Ри немного выходит из «берегов». Их отношения с Геннадием имеют отрицательную динамику развития. Каждый категоричен друг с другом и не желает идти на примирение. К вечеру Ёори немного затихает, но проявления нетерпимости и несдержанности постоянны. Наблюдается это не только в отношениях с Геной. Ощущение, что у нее на все своя точка зрения, и если что-то с ней не совпадает, сразу появляется ответная реакция. Я сказала, что буду жестко прерывать ее проявления.

Маленький эпизод с финиками. По мере нашего движения постоянно обнаруживалась неучтенка. Как мы не трясли рюкзаки, чтобы освободиться от лишнего веса, все же протащено было много. И эта неучтенка почти вся оказалась у Ёорки. Мастер определил вес ее рюкзака не более двадцати восьми килограммов. Перед отъездом все взвесили, проверила комплектацию ее рюкзака лично. Оказалось, что, нарушив Волю Отца, она успела положить в свои вещи финики и орехи. Вскоре лишний вес стал ее раздражать, так как это продукты малого расхода. Поэтому утром, в требовательном тоне, с некой претензией к дежурным, она предлагала их на завтрак, как дополни­тельный пай. Гена сказал, что все сыты и будет тяжело идти. В результате — стычка.

Вечером у костра снова звуки. Целый день ветер. Ощущение чьего-то присутствия. Соприкосновение с миром природы необыкновенно. Повсюду живое заполнение пространства. Вечером мы стояли с Сай-Ёо-Ри у костра, когда вдруг прямо у наших лиц, почти в прямом соприкосновении, пронеслась эта энергия — шум крыльев, и мгновением позже — протяжный крик птицы. Нам желают доброго пути! За мгновение до этого из палатки выскочил взволно­ванный Гена и сказал, что спать невозможно — кто-то трясет палатку.

Догорает костер, и мы расходимся по палаткам. Завтра в путь, первые лучи солнца мы встретим на перевале Ярлу-Бач.

 

12.07.04.

08:10 — выход из Ярлу.

10:00 — перевал Ярлу-Бач.

16:00 — перевал Сулу-Бач.

20:00 — стоянка под кедрами.

Группа мобильна. При первом переходе через ручьи у Даника истерика — страх и паника от мысли о предстоящем маршруте.

Во время подъема на Ярлу-Бач Олайя, не вняв прошлогоднему опыту, пыталась корректировать действия Сай-Ёо-Ри, засыпая ее советами о том, как лучше вести группу на перевал. Я коротко и жестко прервала ее действия: «Маршрут согласован двумя провод­никами с руководителем, никто более не может вмешаться в движение группы. Если каждый будет давать советы — мы превратимся в стадо». В ответ напряженный голос: «Я все поняла. Хватит возмущаться». Я не отреагировала на Светины слова — войти в эмоции, значит потерять нить, связующую тебя со своим внутренним миром — с Учителем.

Даниилу сказала, если он устраивает истерику из-за того, что пришлось промочить ноги и пройти несколько метров по ледяной воде, то что с ним будет, когда придет время бродить полноводный Коир. «Даниил, Долина Ярлу намного ближе к нам, чем конечная точка маршрута — можешь возвращаться».

А в целом молодцы. Становимся похожими на группу людей, единенных одним устремлением. Благодарю.

13.07.04. Броды, прижимы.

Я снова полетела в воду, здорово подвернула ногу, намок рюкзак — нужно собраться.

В четыре часа вечера обедаем на стоянке, которую год освящал амулет Мастера. Ребята молодцы — ссадины, ушибы, царапины, а лица сияют и погода необыкновенная. Купаемся, отдыхаем и готовимся к завтрашнему переходу. Я уединилась и пела — наполнение звуком необыкновенное.

Благодарю, Отец, за возможность прикоснуться ко всему этому великолепию. Водительство Твое ощущаю во всем, в каждом миге. Рядом с костром под камнями нашли записку новосибирцев следующего содержания: «Здравствуйте. Большое спасибо за хорошую стоянку! Извините за сожженные дрова. Заплутали мы немного. Будете у нас в Новосибирске, звоните: 30-13-32. Андрей». Знали бы они, что ночевали на одной из самых любимых стоянок Мастера в Алтайских горах. Где до сих пор сохранился очаг, вымощенный руками Рикла и его спутников.

 

14.07.04. Выход в восемь утра. Ребята идут хорошо, выклады­ваются. Сай-Ёо-Ри впереди, за ней Гена. Проанализировала предыдущие дни и сделала некоторые выводы относительно Геннадия. Для него очень сложно найти место на тропе. Где бы Гена ни стоял, он нарушает целостность движения группы. Если идет сзади, то постоянно отстает — много фотографирует. Если в середине, то уводит тех, кто идет за ним, другой тропой, перебегая с места на место. Двигаясь вторым, постоянно виляет то в одну, то в другую сторону. От этих метаний возникает общее напряжение и раздражи­тельность среди ребят. Часто сбивается темп движения группы из-за проявления чрезмерной заботы о женской половине, когда всем дамам подается рука, чтобы благополучно перепрыгнуть через камешек. Дамы довольны — не надо напрягаться и лишний раз проверять, на что ты способен. А вот на опасном участке, где требуется помощь мужчины, Гена часто отсутствует.

Ребята двигаются хорошо, все кроме Надежды. Она очень жалеет себя и постоянно вздыхает. Начала отсчет дней. Данька все больше проявляет интерес к явлениям природы и ее обитателям. Несмотря на наш последний разговор, повторилась истерика с всхлипываниями. Причина такого состояния ребенка заключалась в его наставниках. Оказалось, Гена убежал в поисках «очередной» тропы, а Надежда после привала самовольно переместилась в конец группы, оставив парня одного. Равнодушие может не только причинить боль, но и убить человека.

Ольга в первые дни сильно стерла пятки. Идет тяжело, беспокоят ноги. Мучительный для всех переход через чащу и колючий кустарник. За ними нас ждет стоянка под каменным городом.

Валера идет тяжело, болит спина. На стоянке сделала ему массаж — стало легче. Разгружаем его рюкзак и распределяем вес. Всегда молчаливый, он внимательно следит за порядком у костра. В отличие от Гены, у которого все дымит, а палки просто свалены одной большой кучей, Валера очень аккуратен в заготовке дров и разведении огня. Здесь он стремится к красоте и старается создать самые благоприятные условия для работы дежурных, но во взаимоотношениях с людьми проявляет резкость и нетерпимость.

Надежда — закрыта. Молчит. Идет тяжело, постоянно просит снизить темп, хотя в действительности идем очень медленно — слабее некуда. Во время стоянок с ней происходит удивительная метаморфоза. В разговоре с ребятами проявляет интерес — откро­венное любопытство кто, кем и где работает; как платят; что и сколько стоит. Зачем она с нами? Как только звучит сигнал «под рюкзаки», настроение меняется, и она, не в сравнение с той сильной и уверенной женщиной, еще минуту назад оживленно беседовавшей на поляне, становится слабой и беззащитной, требующей к себе всеобщего внимания. Но все же идет!

Погода прекрасная. Благодарю!

 

 

15.07.04. Выход в 8:15 утра — последний переход к Рериховским Озерам. В десять часов озеро Аиин-Коль.

В двенадцать часов перевал Аиин-Бач.

В семнадцать часов мы на месте.

Как только открылась долина, мы увидели стадо прекрасных маралов. Они с удивительной легкость двигались, буквально парили над землей от нижнего озера к левому краю цирка. Ко мне подошел Гена и сказал, что в индивидуальном разговоре с ним Мастер рекомендовал нам остановиться на нижнем озере. Сай-Ёо-Ри пыталась убедить меня в том, что мы должны идти на верхнее. Я не могла точно вспомнить, чтобы Отец вообще давал какие-либо разъяснения по этому вопросу, оставив право решения за мной. «Не вы, но ваши дела расскажут мне о вас», — на прощание говорил Отец. — «Слушай себя и полагайся на свое внутреннее чутье. У тебя хорошо развита интуиция, и если будешь тиха — услышишь».

В группе мнения разделились, большинство за выход к верхнему озеру. Несмотря на мое внутреннее желание быть там, я принимаю решение разбивать лагерь внизу. Руководствуюсь наставлениями Отца: «Оставьте за перевалом все, что сдерживает ваш путь, и из глубокой тишины попробуйте слиться с пространством гармонии и чистоты». Мы не соответствовали тому, что Начертал нам Учитель — состояние людей не позволяло нам идти дальше. Гена категоричен и напряжен. Сай-Ёо-Ри ликует, что ее предложение поддержано большинством. Как оказалось, для нее это очень важно. Валера в сомнениях. Надежде все равно, куда идти, только бы куда-нибудь дойти. Печально смотреть на них — ликующих, возмущенных, сомневающихся, равнодушных и безразличных.

Вечером, после ужина, готовим снаряжение к следующему переходу — зашиваем рюкзаки, стираем, штопаем порванную в пути одежду. Ни один звук не нарушает симфонию высокогорных ветров цирка, в котором расположилась наша группа. Небо затягивают густые тучи. На фоне опускающейся на распадок мглы пространство верхнего озера остается освещенным лучами заходящего солнца.

Я около часа была в уединении. Появилось глубокое внутреннее звучание, от которого по телу шли сильные вибрации наполнения звуком. Когда я открыла глаза, увидела яркие звезды над головой. Хороший знак. Благодарю!

Вечером говорим с ребятами о созвездии Цефей и его значении в будущих вехах эволюции Земли. Каждое Место Силы, открытое Рикла, — звезда. Своими ногами соединяем земную проекцию Небесного Цефея! Благодарю!

 

16.07.04. Утро солнечное. Постепенно цирк затягивает облачность.

Люба снова нарушает установленное правило и передает дежурным крупу из своего рюкзака, тогда как вечером договорись разгрузить Валеру. После завтрака я восстанавливаю справедливость и напоминаю, что все продукты распределяются по согласованию с завхозом.

После завтрака на верхнем озере установили стяг — Знамя Чистоты. Исполняя Волю Мастера, мы нашли и сделали съемку всех символов, кроме одного. Геннадий, некогда принимавший участие в закладке Магнита, не смог определить место нахождения девятого Знака.

Перед обедом я объявила, что наш лагерь будет перенесен к верхнему озеру. Лица ребят засветились радостью. Как вызывающе прозвучала в этой тишине фраза Ирины: «Только скажите, у кого брать крупу, чтобы не было, как за завтраком». Все вздрогнули, невольно обратив внимание на зло сказанные слова. С самого утра Ирина вынашивала в себе обиду, а сейчас выстрелила. Я спросила у нее, чем вызван такой тон. Ира ответила, что поскольку она дежурная, то инцидент с крупой — это камень в ее огород. Тогда я оставила ее проявления без внимания, сегодня, в свете некоторых событий, я начинаю понимать, что стоит за ее обидами и раздражительностью. Вечером на кругу проговорила: «Вместо того чтобы упасть внутрь своих переживаний и проанализировать, что тебя растревожило, найти причину, попробовать осознать, ты часами вынашивала обиду, а потом выплеснула свое раздражение на окружающих. И это в Святая Святых — месте Творчества Мастера».

Во время обеда гроза. Раскаты грома были необыкновенны. Закапал дождик, превратившийся в ливень — гнев природы на наше состояние. Я ощутила понимание момента, благодатную тишину и покой в сердцах ребят! Какое счастье быть здесь рядом с ними со всеми. Благодарю!

 

17.07.04. Десятый день — половина пути. Утро порадовало солнышком, но вскоре долину затянул густой туман. После завтрака, дорогой к Приемной Чаше, я приветствовала каждый знак и чувствовала, как в этой тишине начинает проявлять себя мой внутренний мир. Неуловимое движение мысли и то, что было накоплено годами, вырывалось наружу. Потоки слез не душили, как прежде, но придавали силу и уверенность в правильности пути. Это были слезы радости осознания — освобождения, к которому на протяжении последних трех лет вел меня Мастер. Вновь, как завершающий этап, поднялись на поверхность мои взаимоотношения с дочерью. Вспомнила себя, и как мои желания мешали ей идти свой путь в Ауре Мастера. Как обманчиво было тогда чувство, что у меня никого и ничего нет — ни дочери, ни мужа, ни семьи. Как сложно было заставить себя отбросить эти мысли и прекратить изматывающие душу метания. Сегодня я здесь, и Отец доверил мне жизни десяти человек. Значит, Мастер верит и знает обо мне то, что неведомо мне. Значит, я должна еще упорнее идти вперед в познании себя. Вспомнила слова Элиии: «Тони, каждый проходит свои испытания, и ты должна собрать все силы, чтобы противопоставить себя самой себе. Твоя заявка на путь очень серьезна, а значит, и путь твой будет не легок». Смотрю вдаль и чувствую, как постепенно мысли исчезают, освобождая внутри меня пространство, которое заполняет энергия красоты и гармонии. Мое воображение рисует образ Отца, как Он стоял когда-то на приемной чаше и безмолвно смотрел на открывающуюся долину Рериховских Озер. Вижу сияющий взгляд Мастера и Великую Тайну, сокрытую в Его глубоких, слегка раскосых глазах. Внутри зарождается новое качество звучания. Звук живой, мощный, емкий. Присутствуют тона нижнего диапазона. Голос начал подниматься вверх, и я почувствовала, как растворилось тело. Огромный пустой сосуд пропускал через себя звук неимоверной силы. Возникло жжение в Аджне. Лоб-кристалл — вершина пирамиды, сверкал белым светом, притягивая из пространства мощные токи энергии. Звучание резонировало в пирамиде и волнами расходилось по всему сосуду. В какой-то момент я услышала, как звук, исходящий из моего тела, сливается со звучанием долины, создавая многоголосную полифонию. Через звук и пустоту сердца произошло соединение сосуда с Местом Силы. Я уже не существовала отдельно от него, став частью единого Творчества. Многоголосие полифонии постепенно расширялось, привлекая все новые обертоны в звучание музыки. Отражаясь от воды, звук вновь возвращался ко мне. Я впитывала его неповторимые обертоны и снова отпускала свободным для новой жизни — нового мига. Когда звучание ушло за видимый горизонт, и я потеряла ощущение пространственных границ, на самых высоких звуках голос застонал. Внутри возникла резкая, невыносимая боль, исходящая из самых глубин моей души. Музыка проливалась непрерывным потоком, это не были произве­дения известных в миру композиторов-классиков. Звучала муза торжества гармонии и красоты, рождаемая каждым мигом сверша­ющейся жизни. Живая муза! Как велико ее отличие от самых великих произведений, созданных мыслью человека. Постепенно стал доминировать мажорный лад, словно что-то утверждалось, становясь незыблемым во мне. Я почувствовала, что наполняюсь необыкно­венной энергией. Встала на колени и омыла лицо Святой Водой. Пора идти! Благодарю за подаренный миг истинного Творчества!!!

 

18.07.04. Сегодня поднялась в шесть утра. С трудом разомкнула опухшие веки. Глаза гноятся, болят. Левая рука от локтя к ладони сильно вздулась, возникла неприятная ноющая боль. Туман затянул долину, видимости нет. Лагерь спит. На прощанье иду наверх, к Чаше. Умылась озерной водой. Возникло интересное чувство — уходить не хочется, но и оставаться более невозможно. Нам нужно двигаться вперед — без сожалений и чувства печали умейте расставаться с самым дорогим, ибо этот шаг приблизит вашу встречу.

Выход в 09:30.

В четырнадцать часов — стоянка у кедров.

После обеда — скит староверов.

А дальше — удивительный вечер. Этого не могло произойти раньше, только здесь. Все ребята уютно расположились вокруг костра. Мы тихо пели, впервые оставив на эти мгновения все свои невзгоды за кормой корабля. Простые мелодии следовали одна за другой и каждая новая песнь словно рождалась из предыдущей. Я почувствовала, что мы стали близки друг другу — музыка единила нас. Из сердца каждого проливалась любовь и благодарность Учителю. Спасибо Отец, что позволил случиться этому звучанию!

 

19.07.04. В путь. Дневной переход к Месту Силы Циви­лизация.

09:30 — выход из лагеря. Через двадцать минут перед нами возникает первый опасный участок пути. Все бы хорошо, но Гена, который так и не смог объяснить свои действия, бросил веревку прямо в обрыв, лишив нас страховки. Крикнув Валере: «Держи!», он запустил ее совершенно в противоположном направлении. Принимаем решение — я веду группу до поляны, на которой, как говорила Сай-Ёо-Ри, несказанно много земляники. Ольга, Гена, Валера и Сай-Ёо-Ри — отправляются на поиски веревки.

Около часа мы ждали ребят на поляне, собирали травы, ягоды для чая. Земляника оказалась еще совсем зеленой. Вскоре они вернулись с веревкой, которую найти было практически невозможно. Во время поисков Гена сорвался и пролетел несколько метров вниз, сказав, что сломал несколько ребер. Девчонки спускались одни, оставив Валеру наверху, как ориентир, чтобы не потеряться в зарослях. Пробрались к самому берегу — результата нет. Решили возвращаться. Поднимаясь обратно по крутому склону, Ольга просила помощи у Мастера. Ее внимание привлекла маленькая птичка, севшая на отдаленный кустик. Оля пошла в направлении птицы и прямо на своем пути обнаружила веревку. Как важно быть внимательным к каждому знаку!

Гена сегодня проводник. После истории с веревкой он так и не смог собраться. Очень неспокоен. На трудном участке, где людям нужна помощь, он начинает дергаться и искать другие тропы. Сай-Ёо-Ри — вверх, он — вниз. Прямо лебедь, рак и щука. Идти очень сложно. Чувствую, что ребята начинают сбиваться с темпа, теряют силы. Трудный спуск. Гена и Стайри, нарушив установленное руководителем правило, вырываются вперед. Проводник бросает группу и вскоре исчезает из виду. Ребята разбиваются на несколько групп. Связь с проводником потеряна. У Ирины начинается судорога в ногах. Она не может идти. Появившийся внизу Гена бездействует, просто стоит и наблюдает, как человек, преодолевая боль, пытается спуститься. Когда я в очередной раз прошу его занять свое место на тропе и не разбивать группу, он очень категорично заявляет, что действиями Сай-Ёо-Ри искажена энергия Отца. Еще будучи в Лаборатории, Мастер объявил, что на этом участке пути проводником будет Геннадий. На что я ответила, что внутреннее состояние Геннадия не позволяет мне доверить ему людей. Он был сильно возбужден и продолжал настаивать на том, что я, как руководитель группы, должна следить за тем, чтобы Воля Мастера неукоснительно выполнялась. Наверное, для него было очень важно проявить себя в лучшем свете в глазах некоторых членов нашей группы. Но, несмотря на его настойчивые требования, я отказала: «Гена, достаточно! Ты стремишься выполнить Волю Мастера любой ценой, не замечая того, в каком состоянии находятся люди. Они устали, три часа идем без воды и отдыха. В этой ситуации я буду руководствоваться словами Отца: «Тони, береги людей». Некогда ты соответствовал тому, что начертал Учитель, сейчас ты, прикрываясь словами Мастера, разрушаешь целостность группы».

После обеда — Место Силы Цивилизация.

Возле жертвенного камня у Ольги видение: открылись ладони, и из них выпорхнула белая голубка. Хороший знак. Как только Оля ступила на эту землю, внутри нее очень ясно прозвучало слово «МАМА». Позже, когда мы сидели у жертвенного камня с зажженной свечой, словно раздвинулась земля, и наружу вырвался мощный поток лавы. Иринка в этот момент увидела огромную сизую голубку. Стайри обняла свечу руками, закрывая пламя от ветра, и внутри зазвучали стихи — поэма Огня о цивилизации людей, живших здесь многие тысячелетия назад. Потом она ощутила несколько физических толчков в руки.

У камня-Дельфина я отчетливо слышала звучание. Сначала как гул — напряжение, трансформировавшийся в звуковую пульсацию. Он звучал на одной высоте — ля малой октавы, подобный человеческому голосу, но с иными обертонами. Монотонность молитвы. Голос гармонично слился со звучанием. Пение становилось практически непрерывным, я не чувствовала отдельно вдох и выдох. Это невероятно, но продолжительность фонации потрясающая! Благодарю!

 

20.07.04. Разговор с Любой. Ночью у Даниила снова повтори­лась истерика. Он был невменяем. Мы сидели у костра, когда раздался сильный крик и плач ребенка. Наставники даже не пошевелились. Люба вскочила и мгновенно нырнула в палатку. Знаю, что завтра буду что-то менять. Равнодушие взрослых сильно сказывается на состоянии мальчика. Но мне нужно время, чтобы найти единственно правильное решение.

Муза, рожденная на Месте Силы Цивилизация, без определен­ного лада — монотонная партия на высоко звучащих тонах. В ней нет скорби и печали, но и бравый мажор также отсутствует. Глубоко лиричная и проникновенная партия.

У Дельфина слышна тихая мелодичная песнь. Вибрация звука — это ключ, через который возможно соприкоснуться с окружающим пространством. У жертвенного камня закрыла уши и прижалась к прохладному граниту лбом. Открылось видение…

После обеда — радиалка по завтрашнему маршруту. Идем я, Сай-Ёо-Ри и Гена. Опасно, внизу быстрый поток Аргута — возможности применить страховку нет. По карте это место непрохо­димо. Ребята уходят вперед, я остаюсь на камнях над обрывом. Взгляд невольно устремляется вниз, к неистово бурлящему Аргуту. Какая сила и мощь! Услышала внутри себя звучание Огненных молитв. Сначала они пелись, потом исчезли слова, и полилась музыка. Она звучала очень глубоко — тихо, но вместе с тем слышимо на все пространство. Это был «Вокализ» Рахманинова, но не в компози­торском варианте, а в абсолютной свободе. Есть тема, но она звучит без рамок и границ, как эллипсис — секвенционно.

Вскоре появились ребята и сообщили, что впереди нас ждут новые испытания. Предложила им потренироваться на мне в их преодолении. Я поднялась и осознала, насколько стала пустой и легкой, как птица. Сердце мое было наполнено радостью.

Возвращаясь в лагерь, я уже знала, какие слова скажу ребятам накануне выхода:

АБСОЛЮТНАЯ ВЕРА! АБСОЛЮТНОЕ ДОВЕРИЕ УЧИТЕЛЮ!

 

21.07.04. Сегодня мы снимаем лагерь и уходим в направлении Восточной Вершины Материнского Магнита на слияние Аргута и Шавлы. Перед сном молилась за всех. Поднялась, как обычно, рано. В горах хватает всего лишь нескольких часов сна, идет быстрый набор энергии. Сходила искупаться — живительный поток ледяной воды помог сконцентрироваться. За завтраком смотрела на ребят — спокойные, тихие, собранные. Поблагодарили место, и в путь.

По дороге обратила внимание на Ирину. Она была очень неспокойна — шла на нервах, бесконечно поправляла рюкзак и несдержанно резким тоном отклоняла все попытки оказать помощь. Когда подошли к опасному участку пути, я ощутила радость новых испытаний. Как пуста и скучна была моя жизнь до встречи Тобой, Отец!

На протяжении всего пути я видела, что Ты был рядом, мое сердце узнавало Тебя в каждом дуновении ветра. На самых опасных участках, где Сай-Ёо-Ри просила не смотреть вправо, я чувствовала, что над обрывом, как крылья, распахнуты руки Твои, и не было пропасти над бурлящей рекой, там был Ты! Я все отчетливее начинала слышать звучание музыкальной темы, рожденной вчера из «Вокализа» Рахманинова. Весь участок прошли, Отец, на ладонях Твоих. У нас все получилось. Благодарю!

Во время движения по руслу реки Ирина упала и здорово ушибла ногу. Еще несколько раз в течение дня она упадет на эту ногу и сильно травмирует колено. Пробирались через дремучие заросли колючих кустарников, шли курумами. Я заметила сильное отставание в группе. Разрыв произошел на Надежде. Ольга осталась далеко сзади. Я передала по цепочке, чтобы Олю с Даниилом пропустили вперед. Через несколько минут показалась Ольга. Сразу заметила, что с ней что-то происходит. ГЛАЗА! Они были неестественно расширены, все тело сковано сильным напряжением. На мой вопрос сказала, что упала, но не ушиблась, просто ей плохо — сильно тошнит. Договорить не успела, оборвав фразу на полуслове. Резко побледнела, губы стали синими, дыхание слабое — потеря сознания. Я начала работать с Анахатой. Пела огненные молитвы, призывала Отца. Страха, что может что-то произойти, не было. Я чувствовала, что все во власти Творца. Девчонки сильно испугались. Ирина начала суетиться, громко давать медицинские советы и щипать Ольгу за уши. Я попросила ее отойти. Девочки стали растирать запястья рук и ступни ног. Ольга оставалась неподвижной, дыхание было чуть различимо, глаза закатились. Я с огромной верой в то, что делаю, продолжала работать с Анахатой, усиливая и ускоряя движения. Вдруг тело девочки напряглось и его начало ломать. Я попросила всех немедленно отойти. Лицо сильно перекосило, и Оля начала выть страшным голосом. Тело стало железным. Мои руки очень интенсивно стали что-то рисовать на Анахате. Внутри себя начала обращаться к ней. После очередного сильного нажима глаза приоткрылись, но взгляд рассеян. Я чувствовала, как проникаю внутрь девочки и концентрирую ее взгляд на себе. Потом пошло слово. Я поняла, что она меня видит и слышит. Попросила дышать интенсивно на выдохе от матки в нижнем регистре. Она включилась в работу. Постепенно перешли на верхний регистр. Пели на вдохе. Что-то происходило в Анахате. Звук становился все объемнее. Глаза заулыбались. Мы дышали и пели. Сначала только на вдохе, потом перешли на фонацию во время вдоха и выдоха. Вышли в вокал и спели мощно звук. Лицо раскраснелось. Мы обнялись. Облила ее холодной водой и предложила искупаться в реке. Позже Отец подтвердил, что из Ольги вышла ее ведьминская суть — Одержание. Случилось Озарение.

Через некоторое время мы уже стояли на тропе этого далеко не простого участка пути. Я наблюдала за состоянием Ольги. Передо мной стоял совершенно другой человек. Как изменилось ее лицо — глаза излучали радость и свет, тишину и покой. Улыбка на протяжении всего дня не сходила с лица даже во время трудных переходов. Общий темп движения не снизился, а наоборот, все шли более организовано и сконцентрировано.

Отец! Благодарю! Видеть Преображение человека — это Счастье. Вчера Ольга рассказала мне о чувствах, которые испытала на Месте Силы Цивилизация. О глубоком переживании, произошедшем с ней, когда прозвучало слово «Мама».

Несколько дней наблюдаю за Надеждой и ее отношением к Даниилу. Она совершенно равнодушна к ребенку и не стремится что-то изменить в их взаимоотношениях. Мальчика для нее просто не существует. На первом плане ее собственные проблемы: ноги болят, похудеть нужно, дышать трудно во время подъемов и так далее. Из разговора с Любой я узнала, что Надежда искала единомышленников, чтобы остаться в Ярлу. Она с обидой сказала Любе: «Если бы вы c Даниилом не пошли, я бы осталась с вами, а теперь вот приходится идти».

Во время прохождения прижима над Сулой Даник сорвался. У него запутались ноги, и он завис над рекой, зацепившись руками за ветки кустов. Надежда, шедшая за ним, молча наблюдала, как мальчик тщетно пытается подтянуться на руках, хватаясь за тонкие ветки кустарников. Она даже не подала ребенку руку помощи, оставаясь совершенно безучастной. Ольга, скинув рюкзак, стремглав кинулась вниз, распутала ноги Даниила и помогла ему стать на тропу. Надежда с самого начала сама по себе. На привалах рюкзак не снимает, чтобы потом его не одевать, даже ест в нем. Она равнодушна не только к маленькому Даниилу, но и ко всему окружающему нас великолепию гор, их красоте и гармонии. Снова, уже в который раз, задаю себе вопрос: «Зачем она с нами?» Дорогой пришла энергия, что необходимо сделать перераспределение по палаткам — Ольга и Даник в Валерину палатку; Гена с Валерой, а Люба в тройку вместо Ольги. Все дали согласие, но Гена остался чем-то недоволен. В процессе общения с Ольгой оказалось, что у них стали складываться отношения, как у мужчины и женщины. Геннадий приезжал к ней в Ярославль, где пробыл несколько дней и уехал обратно к семье в Харьков. Ольга воспринимала встречу с ним, как шанс что-то изменить в своей жизни. Начало этой истории было положено год назад, когда Геннадий по Воле Мастера стал проводником рыбинской группы. Накануне выхода Гена был предупрежден Отцом о предполагаемых взаимоотношениях именно с Олей, но воспринял недвусмысленные слова Мастера как шутку. Единственный мужчина в женской группе, проявивший себя как заботливый и внимательный спутник, зародил в сердце Ольги призрачную мечту. Предвидя дальнейшее развитие их отношений, Мастер наложил полный запрет на притязания Геннадия и отклонил его просьбу об их встрече. Тщательно скрывая свои намерения под благовидным предлогом посещения фотовыставки, Гена настаивает на своем приезде в Рыбинск, но получает отказ Рикла. Тогда он выезжает в Москву, где должен встретиться с Ри-Че-Ной, и загадочно исчезает на несколько дней. Позже объясняет свое отсутствие тем, что навещал своего старого армейского друга в Подмосковье. Таким образом, Гена, проигнорировав Волю Учителя, осознанно вошел в энергию лжи. Рикла, видя все перипетии их взаимоотношений, не подал виду, что знает об обмане Геннадия. Впоследствии эта история закончилась очень плачевно для любвеобильного мужа из Харькова: Мастер изгнал его из Лаборатории, а Ольга отказала в продолжении их взаимоотношений. Все вышеописанное можно было и не публиковать, но Мастер до конца продолжает выворачивать наизнанку все негативные аспекты пребывающих в Его Ауре учеников и сотрудников. Много позже, после случившейся истории, Рикла предлагает Геннадию Ивановичу два пути, как закономерный выход из сложившейся ситуации. Путь первый: эти строки не попадают в десятый том «О.К.Е», но Геннадий утрачивает свой шанс продолжить обучение в Лоне Мастера. Путь второй — все произошедшее, как и случилось, будет издано в указанном томе. Тогда Мастер оставляет за собой право продолжить обучение заблудшего мужа и ученика, а Геннадий Иванович, не растягивая карму на столетия, ответит за содеянное в моменте. Изначально нашкодивший Муж выбирал путь первый, он испугался ответ­ственности перед семьей, а, попросту говоря, струсил. И только когда Учитель отказал ему в продолжении развития их взаимо­отношений, Геннадий Иванович переориентировался и дал согласие на публикацию этого текста. Сегодня, по истечении четырех месяцев после изгнания ученика из Лаборатории, он призван Рикла послужить ему вестником в ряд городов, где локально находятся центры Аиинов. Отвечать перед семьей придется после выхода в свет десятого тома «Огня Космоса Единого». Урок Мастера должен возыметь силу для большого количества людей, входящих в соблазн путями лжи получить искомое. Стоит заметить, Рикла с самого начала вел ситуацию так, как будто он знал, чем все это закончится. Урок продолжался более года. Как велико терпение Мастера, чтобы довести энергию развивающегося события до полного абсурда, и стреми­тельно, одним взмахом меча, рассечь созданную похотливыми действиями человека модель призрачного счастья, построенную на несчастье многих людей.

В 19.30. остановка на ночлег у сфинкса

Согласно нашей договоренности ребята переезжают в новые палатки. Даня и Ольга счастливы. Состояние Ирины на протяжении всего дня оставалось неровным — слезы, обрывки фраз, раздражение. Во время привала швырнула рюкзак, бросила палку, на которую опиралась во время ходьбы. Последние два часа до стоянки постоянно плакала и чрезмерно много разговаривала. Вечером просидела с Сай-Ёо-Ри у костра до двенадцати. Я вынуждена была прервать их затянувшееся общение. В разговоре с Ёо-Ри обратила ее внимание на состояние Иры, которой требовался отдых и тишина. Желание поболтать оказалось сильнее голоса разума и, несмотря на сильное переутомление собеседницы, Ёо-Ри продолжала возбужденную беседу.

Стайри молодец. Поражает ее умение собраться. Она не пропускает ни одного слова и все приводит в действие. Приятно видеть, как она чутка и заботлива по отношению к любому человеку. Олайя затихла — сдулась. Люба идет хорошо — легко. Энергии социума очень сильны в ней. Жестко прерываю попытки обсуждения слов и действий ребят.

 

Отец! Благодарю Тебя за каждое слово, мысль, день, миг. За Твою Защиту и Помощь, за Твой Замысел и воплощенное Творчество.

 

22.07.04. Сегодня переход до Коира и переправа. Шли по камням, бродили, несколько раз уходили вверх прижимами. Тропа непростая. Перед самым Коиром сложный участок — идти можно только по руслу реки, держась за нависшую над головой стенку. Поток Аргута здесь особенно мощен. Ёо-Ри с трудом удерживает равновесие — спасает вес рюкзака. Моя правая нога оказалась зажатой камнями, а тело стало сносить. Закончилось все благополучно — вовремя подоспела помощь. Все погрузились в воду по грудь, а я со своим ростом еще ниже.

 

Переправа через Коир. Натянули канат в самом неудачном месте. Первая четверка — Ольга, Даниил, Стайри и Сай-Ёо-Ри перепра­вились благополучно. Следующей должна была идти я. Когда стала надевать рюкзак, мимо меня пронеслась Ирина. Она подскочила к канату, пристегнула страховку и ринулась в реку. Я увидела, что с ней что-то не так. Это была не та решительность, которая толкает человека на подвиг. Действиями Ирины руководил явно не разум. Буквально через несколько шагов она отключилась — резко побледнела и обмякла. Зацепившись за канат, Ира повисла в потоке воды, и ее быстро стало сносить. Все кинулись ей на помощь. Мы на берегу изо всех сил натягивали слабеющий канат, Гена и Ольга не могли разомкнуть пальцы Иры, чтобы оторвать ее от веревки. Девочка была без сознания. Наконец удалось разжать пальцы и снять рюкзак. Гена взял ее на руки и понес на берег. Она бредила и повторяла: «Я не умру, нет, я не умру». Я мгновенно перенеслась на другой берег и уже через минуту была рядом с Иринкой. Девочки — Ёо-Ри, Ольга и Стайри, переодели ее в сухую одежду и стали массировать ноги. Ирина была абсолютно невменяема. Как и в случае с Ольгой, я начала работать с Анахатой, но почувствовала, что в ее состоянии ничего не меняется. Перевернула девочку на живот и стала растирать спину, потом снова грудь — результата нет. Я спокойна, в процессе работы появилась какая-то боль внутри. Пытаюсь уравновесить дыхание, но Ира меня не слышит, ее тело сводит сильной судорогой. В это момент я словно услышала Тебя, Отец. Резко подняла девочку со спины, села сзади и сильно обхватив руками, прижала ее спину к своей груди. Стала интенсивно дышать, и только тогда Ира услышала меня. Ее дыхание начало постепенно выравниваться. Прижав свой лоб к ее затылку, так, чтобы вибрация звука проникла как можно глубже, я начала петь. Она отозвалась чуть слышным голосом. Я прижала ее еще крепче и вошла в вокал полным голосом. Когда музыка наполнила пространство, Ирина затихла, взяла мои руки и стала их прижимать к губам. Девчонки своими телами согревали ее ноги и плакали. Мы начали интенсивно дышать. Судороги возобновились, но уже с большими перерывами. Почувствовав, что ее сейчас заколотит, я попросила Ирину начать интенсивно трястись — содрогаться всем телом. Она безропотно выполняла все, что я говорила. Вскоре Ира могла сесть, потом при поддержке встать. Она постоянно повторяла: «Где я? Что со мной?» Я старалась концентрировать ее взгляд в своих глазах и наконец она узнала меня. Обняла и долго плакала. Тело еще плохо слушалось, и мы стали наклоняться вперед, потом назад, пробовать ходить. Позже Ира рассказала, что ничего не помнит с момента вхождения в воду.

В каждом движении, в каждом миге я чувствовала Твое Присутствие, Отец. Благодарю! Ребята были очень собраны. Сняли переправу, развели огонь и приготовили обед. Ни одного звука, ни одного вопроса. Все были тихи и сконцентрированы. Иринка хорошо поела, выпила чай с медом. Именно сегодня, после переправы через Коир, должно быть то место, о котором предупреждал нас Отец. Ирина встала за мной, за ней Ольга. Я наблюдала их состояние. Ольга шла очень красиво, глаза лучились радостью. Ира двигалась мощно — силы возросли. Еще за обедом я увидела потрясающие изменения во всем ее облике и внутреннем состоянии. Лицо разгладилось, глаза успокоились, исчезла нервозность и раздражи­тельность. На привале подошла ко мне и сказала: «Сан-Тони, я словно заново родилась».

В 19:30 нашли место стоянки. Сегодня все молодцы! Особенно порадовал Даниил — ни страха, ни усталости. Шел без единого слова, участвовал и помогал во всем. Надежда затихла. Проявила себя как заботливая мать. Гена и Сай-Ёо-Ри — свершилось! Пятнадцать дней потребовалось им, чтобы прийти к еще шаткому, но ощутимому взаимопониманию. Сегодня впервые на тропе не слышны их раздраженные голоса. Гена не бежит вперед, Сай-Ёо-Ри радостно принимает его помощь.

 

23.07.04. Последний переход на слияние Аргута и Шавлы. В два часа дня разбиваем лагерь в небольшой лагуне, где в прошлом году с группой учеников останавливался Мастер. После обеда — радиальный выход к первому символу. Каждая травинка, камень, река вибрируют на своей высоте. Звучание природы — много­гранность ее полифонии, рожденной из пустоты, не может быть сравнима ни с одним музыкальным твореньем человека. Камень, на котором выгравирован равновеликий крест, звучал на ноте фа первой октавы. Я начала петь. Это произошло спонтанно — родилась мелодия пентатоничного склада.

Отец! Видела Тебя сегодня — Ты благословил. Был задумчив, но я почувствовала, что это связано не с нами. Видела, как далеко устремлен Твой взгляд.

 

Во время работы на Камне видела образ седовласого старца. Вскоре он исчез, а на его месте раскрылась чаша белого цвета на тонкой ножке с лепестками.

Вечером, когда искали второй знак, я услышала поочередное звучание — слева ля первой октавы, справа соль диез. У Сторожевой Башни явно чувствовала чье-то присутствие. Физическим слухом ощущала шаги.

 

24.07.04. На слегка холмистом плато нашли кварцевые камешки. Отправились на поиски третьего знака в ущелье. Сай-Ёо-Ри и Гена рассказывали, что в прошлом году, не в сравнение с этим, листвы на деревьях практически не было. Со скал смотрели жуткие лики, от которых сегодня не осталось и следа. А прошел всего лишь год с момента закладки Мастером разрешающей системы Материнского Магнита. Третий знак имеет одновременное двойное звучание — ля малой и ля первой октав.

В 14:30 выходим на маршрут к северной вершине Материнского Магнита на слияние Аргута и Катуни. Первые часы идем под проливным дождем. С самого начала взят хороший темп, ребята спокойны и готовы ко всем неожиданностям. Данька прочно занял место между проводниками — стал третьим. Активно участвует в обсуждении маршрута. Мальчик очень изменился, отказался от дополнительного питания: «Я буду есть, как все», а подкормку, которую мама неучтенкой протащила в рюкзаке, сдал в общие запасы.

В шесть часов вечера встали лагерем на косе. Развели костер, приготовили вкусный ужин — согрелись. Настроение отличное. Ребята начинают чуть-чуть грустить о том, что скоро все закончится.

 

25.07.04. Ночью дождь. Утром натянули тент, под которым сделали импровизированный стол. Пора идти, впереди заросли, буреломы, акация. На тропе все мои чувства словно обостряются, я начинаю слышать мысли ребят, их настроение. На привале у Ирины вновь разыгралась истерика. Я не присутствовала вначале, подошла на кульминации, когда Ира кричала: «Я всем мешаю, все у меня не так! Что вы все на меня смотрите!» Я потребовала немедленно прекратить эту безобразную сцену. Куда же делась та Ирина, с которой случилось преображение на моих глазах? На этот вопрос поможет мне ответить время. К семи часам вечера мы были на слиянии двух рек. Договорились с водниками о завтрашней переправе через Катунь. После ужина работала на Камне. Удивительно, Восточная и Северная Вершины имеют одно звучание на ля первой и малой октав.

 

26.07.04. День даров. Утро началось с работы у Камня — очистили поляну от привнесенного человеком мусора. Посидели в тишине, почувствовали красоту и силу, исходившую от гранитного Мастера. Группа водников из Москвы переправила нас через полноводное русло Катуни. Погода замечательная. Гена принес домашнего молока, которым запивали сладкую землянику. На тропе встретили ребят-велосипедистов, они рассказали, что по дороге потеряли головку сыра. «Если найдете, примите от нас в подарок» — на этом и попрощались. Через тридцать минут прямо на тропе увидели большой кусок свежего сыра. В шесть часов вечера были уже на Западной Вершине Материнского Магнита. Последний раз разбили лагерь и принялись готовить ужин. Гену и Ольгу с попутным транспортом отправили в Тюнгур. Добродушный хозяин Миша угостил нас малосольными огурцами и хлебом, дал десяток вареных яиц. Все разделили на ужин и завтрак. В этот вечер никто не стремился сбежать из лагеря или спрятаться в палатке. Напротив, все старались как можно ближе быть друг к другу, впитывая последние миги нашего совместного пребывания.

 

27.07.04. Встаем рано — не спится. Возвращение — каждый переживает его по-своему. Вскоре подходит маршрутка. Вернулись ребята, новости хорошие — транспорт есть. Благодарю!

Все готовы. В путь! В два часа ночи мы в Барнауле. Дальше у каждого свой маршрут, начертанный Мастером.

 

28.07.04. Лаборатория. Несмотря на усталость, долго не могла уснуть. Едва слышен монотонный шелест электрического напря­жения, и именно этот, едва уловимый, механический звук, воздействуя на слух, не дает уснуть. Я представила шум водопада, голос неистового Аргута, и мгновенно под его знакомую песнь погрузилась в сон.

 

Утро. За несколько часов все отдохнули. Интересно видеть ребят здесь — в большом городе, а не на тропе. Надежда уже готова к отъезду, практически с рюкзаком за плечами стоит на пороге. Ощущение, что бегом бежит из Лаборатории, чтобы не оставили на второе кольцо. Ирина молчит, но что-то в ней уже изменилось — тщательно занялась своей внешностью, беспокоится о посуде в дорогу и каких-то мелочах. Мысль моя о том, понимает ли она, где находится, и почему — слаба.

Телефонный звонок — связь с Отцом. Еще вчера, по возвра­щении его группы из Монголии, Мастер услышал, что мы тоже вышли. Звучит несколько емких вопросов об участниках экспедиции. Спросил, вижу ли я возможным для Ольги быть в Лаборатории несколько дней. Четкую энергию дать не смогла — размазала. Девочка сильно изменилась — появилась уверенность и глубина. В социуме ее ждут серьезные испытания, готовность двигаться дальше, идти в напряжение — велика. После разговора передаю Ольге, что Мастер предлагает ей сделать выбор — остаться в Лаборатории на несколько дней или первым же рейсом вернуться домой.

Остальным участникам экспедиции дана энергия немедленно двигаться дальше. Мне явлено собрать необходимые вещи и срочно выезжать на Байкал — готовиться к Посвящению. Рюкзак с экспедиционным снаряжением передаю ребятам для отправки в «Цефею».

Собираюсь к Любе, чтобы передать энергию Мастера для Ольги и Олайи. Надежда уже попрощалась с нами. Перед самым выходом раздается звонок Отца — в отношении Ольги вступает в силу первый вариант.

У Любы передаю Олайе слова Мастера: «Во встрече отказываю. Причина в тебе. Возвращайся, трудись и осознавай, почему второй год подряд Мастер не пропускает тебя в Ауру Рода».

Ольгу попросила собрать вещи, ничего не объясняя. Девочка без вопросов быстро собрала рюкзак, и через несколько минут мы уже двигались в Лабораторию, о чем она даже не догадывалась. Я передала ей Волю Мастера, Оля все приняла, пребывая в тихой радости.

По возвращении в Центр узнаю, что Геннадию и Валерию явлено немедленно покинуть Лабораторию, без права возвращения.

После обеда уезжают ребята и Ирина. Позвонила Олайя, она взяла билет на вечер. Все настолько стремительно, что напоминает бурлящую стремнину Аргута.

 

29.07.2004. День сборки себя. Вчера почувствовала, что немного расползлась. Холодный душ помог собраться. За завтраком ощутила сильный жар. Это почему-то радует.

Звонок Отца. Воля его такова: нам с Сай-Ёо-Ри завтра выехать в «Цефею». До возвращения Мастера из Монголии руководство Центром возлагается на меня. Сообщил также, что обстановка в «Цефее» невыносимая. Ненависть, лицемерие, вероломство, предательство — достигли апогея. Из Лаборатории отправлена Галина. Покинуть Центр должен был Евгений, но Айна не справилась со своей задачей, поэтому также покидает «Цефею», передав все полномочия. Просил жестко проводить энергию в отношении Жени: «Я даю тебе на это право. Ушел Аргут. Пес вобрал в себя весь негатив, идущий от обитателей «Цефеи» и… Мог погибнуть человек на маршруте или в Центре во время производства работ. Будь внимательна, Сан-Тони».

Удивительно, но внутри полное спокойствие. Мысль не идет дальше поставленной на ближайшие дни задачи. Не задаю себе никаких вопросов — почему все так меняется, что с Посвящением? Есть энергия, нужно не размышлять, а действовать.

 

Вечером мы в «Цефее». Ощущение, что вернулись не в Лабораторию, а на дачу, где нас встречают друзья, с которыми мы давно не виделись. Много шума, суеты, пустых разговоров. Женя успевает сделать комплименты по поводу нашего «классного» загара и даже сравнить со своим.

Айна собрала всех нас и объявила Волю Мастера, что завтра утром она покидает Центр, так как не справилась с возложенной на нее миссией Матушки-Настоятельницы Храма Владыки. Эти полномочия она передает Сан-Тони.

 

С 29.07.04. на 30.07.04. Сон. Ощущение, что я помогаю кому-то — леплю руками Душу. Очень красивые, пластичные движения рук. Материал — золотой песок, очень легкий и еще что-то совершенно неосязаемое. Слышу свой голос: «Представь дитя с необыкновенными глазами, глубокими, как озера, с золотыми кудряшками. Это все возможно! И лепи Красоту».

Утром мы попрощались с Айной, и начался новый день.

Я и раньше замечала, что когда нет рядом Отца, мы ведем себя по-иному. Внешне обычно и буднично. Все работают в том же ритме, но в отношениях друг к другу, в мелочах, в общении, которое становится более активным, мгновенно все меняется. После обеда сказала, что Отец не вернется в Лабораторию до тех пор, пока мы не приведем себя в соответствие. Каждый из нас в экстремальных условиях, где существует напряжение, проявляет свои лучшие стороны, умеет собраться и действовать. Что же происходит, когда исчезают физические препятствия и ничто не угрожает нашей жизни? Почему уходит напряжение? Пространство, в котором мы находимся, это не просто дом и земля — это Храм Владыки, Центральная Лаборатория Рода Аиинов. Нам всем необходимо затихнуть, убрать все личное, раствориться, стать единой энергией и действовать. Не ждать, когда Мастер вернется, ибо глупец тот, кто думает, что Он куда-то уходил. Где Отец в каждом из нас? Его нет. Внутри нас живет раздражение, ложь, грубость! Поэтому и встреча откладывается. Каждый пусть выполняет начертанное Владыкой, уходя в свои глубины.

Николай сегодня красивый, тихий. У него праздник — качает мед. Удивляется тому, как хорошо пчелы мед отдают, хотя бывает и наоборот.

Аллизарх, как всегда, стремительно действующий. Женя присматривается — за столом молчит, себя не проявляет. С Сай-Ёо-Ри что-то происходит — ее покидает пробудившаяся в ней энергия гармонии и красоты. Удивительно, как стремительно меняется ее внешность, особенно глаза.

После обеда разговор с Отцом. Он сообщил, что Элиия, Лаарк, Татьяна и Саадха уже выехали и через несколько дней будут в Центре. «Я специально не еду, чтобы ты на моем месте побыла и почувствовала, легко ли держать в гармонии пространство единого творчества».

Благодарю, Отец! Все, что даешь — опыт бесценный.

 

01.03.04—12.08.04. День за днем проходят в непрерывной работе в саду, на кухне, в приготовлении заготовок на зиму. И каждый миг пребывания здесь неповторим именно в этих, совершенно обыденных делах. Я слушаю себя и нахожу множество моментов своего несоответствия самой себе. Твори себя в каждом миге, в любом деле. Вспоминаю слова Сай-Ёо-Ри в момент ее преображения: «Тяпка — орудие просветления».

Элиия, Татьяна и Саадха — уже в Центре.

С появлением Элиии многое меняется. Я чувствую, что до моего соответствия задаче, поставленной Мастером, еще очень далеко. Наблюдаю, как девочка владеет тончайшими инструментами в работе с людьми, как бескомпромиссно она проводит энергию. Я должна осознать и засвидетельствовать факт смерти своей дочери. Она умерла. Умерла для всех, и в первую очередь для меня — мамы, и не держать того, кто родился в Лоне Мастера. Как неимоверно трудно признать это и не мешать Элиие в ее стремительном движении.

 

12.08.04. После разговора с Отцом произошло осознание многих моментов. Одна из ситуаций связана с Сай-Ёо-Ри. Отец видит невозможным дальнейшее пребывание девочки в Центре: «Ее замкнутость и отчужденность — это затаившийся враг, который в любой момент может нанести удар. Внутри нее огромный нарыв, которой она от всех пытается спрятать. Сильно развитое эго не дает ему выйти наружу. Внутренний прорыв — выход энергии во внешнее пространство, может нести самые губительные следствия для окружающих ее людей. В горах она не смогла освободиться от своих недугов и вернулась с ними в «Цефею». Нужны радикальные меры».

Следующая энергия открыла мне дверь, в которую я давно безрезультатно стучусь. Накануне своего отъезда Элиия сказала мне, что я очень много говорю, и они с Отцом «за глаза» называют меня Сан-Таратори. Всколыхнулись мои самые глубокие эго-пласты, и внутри все забурлило, заворчало, засравнивало: «Ведь Айна говорит очень даже немало, обе бабули далеко не молчуньи, и это не мешает Элиии. Но почему, когда она говорит со мной, старается быстро свернуть разговор и уходит?» Отец поставил все на свои места, и я поняла, что искала ответ совсем не там. Снова пролетела мимо, теряя энергию на сравнение себя с другими.

Отец сказал, что вывел Айну из Лаборатории не только за ее язык: «Лена до сих пор не умерла. В ней все еще живы образы прошлого. Она целиком держит в памяти, что и когда покупала, людей и обстоятельства прошлой жизни».

Я поняла, что все сказанное о Ёо-Ри, Айне прежде всего относится ко мне. В каждом из нас живет огромное количество приобретенных и сотворенных нами же качеств, освобождаться от которых мы будем многие годы.

Скоро должна состоятся наша поездка за инструментом. Мы с Лаарком возобновили занятия. Он вошел в Творчество. Продолжи­тельность занятий 4-5 часов, без инструмента, с маленькой, игрушечной клавиатуркой. Невероятно, но впитывает теоретический материал огромными объемами. Сегодня мы на уровне третьего класса музыкальной школы. Мне приходится проявлять фантазию, чтобы держать энергию. Способности его безграничны. Я благодарю тебя, Лаарк, за совместное Творчество. Скоро в «Цефею» приедет инстру­мент. «Petrof» – прекрасный экземпляр работы чешской школы мастеров. Отец говорит: «В «Цефее» должна жить Муза».

 

13.08.04. Группа Аиинов в составе: Ками-Доминэй, Лей, Сай-Ёо-Ри, под руководством Аллизарха сегодня выехала в Тюнгур для завершения работ по гравировке Мастерского Символа на слиянии рек Катуни и Аргута. Это первое самостоятельное задание Аллизарха во время отсутствия Мастера. Вместе с ними до указанной точки следует Женя, которому явлено побывать в Долине ЯРЛу и сделать подробную съемку Каменного города. Мастером определены самые кратчайшие сроки возвращения группы в «Цефею».

 

14.08.04. Горячий денек! Утро началось с Беседы. Дошла очередь и до меня — очень своевременно. Позавчера я Татьяне сказала, что у меня ощущение лишнего веса. Взвесилась — нет, вес прежний. А после Беседы осознала – отяжелела мозгами. Мастер показал мое равнодушие к людям: «У тебя нет пяти минут, чтобы выйти в сад и посмотреть, что там растет. Мастер несколько раз просил приготовить горох или бобы, но получал ответ, что все уже отошло. А на самом деле ветви клонятся к земле от избытка плодов. Вам все равно — в голове одни банки с вареньем. Егорович твердит мне только об одном — о закупке дерева для отделки своей мастерской, будто бы он не видит, что дом не готов к зиме и сколько еще требуется вложить, чтобы закончить текущие работы. Айна девять лет идет в Моем Луче и до сих пор тащит за собой хлам из прошлого. Пустилась с Аллизархом в открытое обсуждение Евгения, даже не стесняясь, что их могут услышать. Незакрытый люк в подвал, где работал Женя, усугубил ситуацию возникшего антагонизма».

 

15.08.04. Сегодня Отец сказал, что не видит никого другого, кроме Сан-Тони, кто бы мог возглавить Центр.

— Вполне возможно, Тони, обстоятельства сложатся таким образом, что ты очень скоро покинешь социум, оставив все, что создавала на протяжении последних двадцати лет. Если призову, уйдешь?

— Уйду, Отец.

Несколько дней горела — мучил вопрос, не поспешила ли я с ответом. Но в тот первый миг решение приняла не умом, а сердцем. Это сейчас ум выискивает то, за что можно было бы зацепиться, на чем поиграть. Анализирую, что может остановить меня в движении.

Школа — здесь все отработано. Пройден самый трудный этап шести директорских лет, за которые создана прочная база — здание отремонтировано, и бывший детский сад превращен в прекрасную музыкальную школу, которой присвоена высшая категория и статус ведущей ДМШ в области. Направление работы для преподавателей обозначено на много лет вперед. Осталось найти капитана и передать ему корабль.

Хор — в этом году самый звездный состав. Я полностью реализовала себя как хормейстер, музыкант, педагог. Наступил момент предоставить девочкам возможность продолжить свой путь само­стоятельно. Если они смогут сохранить себя и не растратить полученные знания, значит, мой труд был не напрасен. Рядом со мной они никогда не смогут обрести себя и поверить в свои силы.

Семья — дочь стремительно двигается вперед. Она и Отец — одно целое. Чувствую, что я тоже становлюсь частью этого целого. Николай — самый сложный и болезненный вопрос. И все же я уже больше здесь, чем там.

Во всех остальных взаимоотношениях с людьми вижу использо­вание себя в их личных целях. Начальство интересуют хорошие показатели — известный на весь мир хор, руководитель — «Заслужен­ный деятель Культуры» и лауреат всевозможных конкурсов; школа, которая отличается нетрадиционными методами работы с детьми.

Интересы родителей понятны — чтобы дети под присмотром были, чтобы мир посмотрели, по странам разным попутешествовали. А вот принять то, чему я, как педагог, учила детей, многие так и не смогли.

Вот и все. За что цепляться? Нет ничего и меня нигде нет. Я жива в сердцах детей, учеников, людей и мой уход должен сделать их еще сильнее. Истинное чувство не исчезнет с расставаньем, ложное — вызовет желчь обиды и непонимания.

 

18.08.04. Сегодня утром с Таней и Аллизархом выехали из «Цефеи» на прослушивание двух инструментов, чешской и немецкой работы. Возможно, один из них вернется с нами обратно. Эта поездка показала, насколько поверхностно относятся мужчины к доверенному им транспорту. Машина полностью разукомплектована — отсутствует запасное колесо, насос и другие необходимые инструменты. Это следствия работы Геннадия Ивановича, который накануне подго­тавливал машину к выезду. По возвращению в Центр Гене было указано на его нечистоплотность и безответственность.

 

21.08.04. После ужина Мастер снова говорит с нами о будущем Храме. «Сан-Тони, призову тебя, оставишь все и уйдешь. Уйдешь сюда и возглавишь Центр «Цефея». Ты, Айна и еще один человек, который пока еще очень далек, составите Совет Трех. Вы должны стать той чашей мудрости, из которой будут пить десятки людей, направляемых мною в Центр Рода Аиинов. В периоды моего длительного отсутствия вы будет принимать и вести людей, учеников, последователей. Мой Путь — это постоянное движение. Создавая Центр здесь, мой взор уже устремлен на далекие земли Камчатки и Дальнего Востока. Мои Вестники уже готовят мой приезд в новые места и страны, где мне явлено быть в скором будущем. Все именно так и будет, ибо на то есть Моя Воля. Нам абсолютно точно известно от Владык, что следующую Манвантару возглавит и поведет Рикла. Я вновь соберу вас на Земле под своими Знаменами, чтобы завершить то, что было начато многие тысячелетия назад. Сейчас, в этом воплощении, каждый из вас должен как можно дальше продвинуться по пути расширения своего осознания, в разрешении кармических узлов. А это возможно только на Земле. Как это происходит?

Воплощаются на Земле два осознания (три, четыре), чтобы в данном воплощении разрешить определенную кармическую ситуацию. Один из них может быть японец, другой американец. Они могут жить в разных странах и даже на разных континентах. Это незначимо, их встреча неминуемо произойдет. Посмотрите, рождается человек, и в определенный момент его осознание посылает импульс-запрос в Летопись хроник. Не забывайте, что все живое вибрирует — человек, дерево, мысль. Эта вибрация поднимается в хроникальные пласты и начинает искать. Найдя искомое, как бы оплодотворяет спящую энергию, и тогда ее поток устремляется на Землю, к конкретному адресату. Отловив этот импульс, люди на подсознательном уровне начинают совершать некие действия, в результате которых происходит их встреча на физическом плане. Она никогда не бывает случайной. Все заранее известно и управляемо. При встрече вибрация импульса усиливается — воссоздается некая аналогичная ситуация той, которая имела место в искомом воплощении. У кого-то — это любовь, у кого-то — ненависть. У кого-то — страдания.

 Я думаю, что каждый из вас при встрече с незнакомым человеком хотя бы раз в жизни испытывал чувство, что вы его уже где-то видели или были с ним знакомы».

О предстоящей осенней экспедиции Мастера. Состояние группы таково, что выход на маршрут невозможен. Днями получено письмо от В.В., адресованное всем жителям «Цефеи». Его содержание нам не известно, Отец сказал: «Вы не готовы принять этот огненный поток».

 

23.08.04. В конце августа Рикла была явлена встреча с физическим посланцем из Гималаев. Все было известно еще год назад. Вестник Белого Братства должен был передать Рикла Кристалл. В назначенный срок Мастер не вышел на маршрут: «Я остаюсь сегодня здесь с вами, ибо вы не готовы идти со мной дальше. Ваше состояние не для Пути. Если я не смог единить вас, значит я не готов к встрече с Вестником. Печально!»

 

22.08.04. И снова бесценный урок. Утром Отец дал Беседу о Красоте и Гармонии, о Музе сфер, о живых камнях, об их звучании. И о другой стороне — слепоте и глухоте людей, которые не хотят ничего слышать. Даже те, которые находятся рядом с Мастером в экспедиционные периоды работ. Отец рассказывал о невероятно прекрасных токах энергии, льющихся на нас из пространства и не принимаемых нами из-за отсутствия тишины Я слушала и возвра­щалась мысленно в те места, где пространство было наполнено музой чистоты. Беседу прервала Сай-Ёо-Ри:

— Отец, можно я уйду чистить фасоль на крыльцо?

— А что случилось?

— Я не могу находиться рядом с кипящим для собак мясом. Меня тошнит.

— Иди.

Отец помолчал несколько минут и сказал:

— Этими словами Ёо-Ри подвела последнюю черту в наших взаимоотношениях.

После обеда Мастер собрал круг и дал разъяснения о причинах скорого отъезда Сай-Ёо-Ри из Центра.

— Девочка, наступил предел. Ты не можешь более находиться в Ауре «Цефеи». Ты позволила себе прервать Беседу, которую читал Мастер своим чела, из-за того, что на кухне варилось мясо для собаки, и тебе был неприятен его запах. В то же время Мастер, находившийся с тобой в одном пространстве, спокойно продолжал беседовать с Сан-Тони. Ни вид мяса, ни запах не помешали его работе с человеком. В доме живет собака и ей нужна пища. Это зверь, и его необходимо кормить мясом. Ёо-Ри отказала животному в его естественных потребностях. Ты не можешь переносить вида и запаха мяса, именно ты, но не твое естество. Оно-то как раз принимает пищу животного происхождения, ее отвергает твой ум. Увидев смалец на кухне, ты объявила всем, что не можешь переносить его запах, не то чтобы есть. Знала бы ты, как смеялись девчонки, когда после трех недель жизни в «Цефее», где смалец используется вместо растительного или топленого масла, ты сделала такое заявление. Елена Ивановна, так почитаемая тобою, ела мясо павших яков, чтобы выжить и выполнить задачу. И не один раз, а на протяжении нескольких месяцев, три раза в день. Экспедиция Н.К. Рериха гнала впереди себя стадо баранов для пропитания».

Сай-Ёо-Ри взволнованно прерывает Отца:

— У меня физиология.

— У тебя физиология, а у меня, что ее нет? Ребята в Монголии вынуждены были питаться мясом три раза в день и запивать его соленым чаем с бараньим жиром. Это было необходимо и на то была Моя Воля. Три твоих врага, Сай-Ёо-Ри, это три «С» — Самость, Самодурство и Словоблудие. Я отказываю тебе в участии в экспедиции и прошу сегодня же покинуть «Цефею».

 

23.08.04. Проснулась с тяжелым ощущением. Внутри напряжение, тело болит. Когда бежала по двору, пригласить ребят на завтрак, ощутила движение под ногами — подземные толчки. В доме они были еще чувствительнее. Землетрясение в три балла.

После обеда разговор с Сай-Ёо-Ри по телефону. Отец задержи­вает ее в городе, не объясняя дальнейших планов. Задает лишь один вопрос:

— Ёо-Ри, если я поставлю одно условие — ты возвращаешься в лабораторию, но при этом ежедневно будешь не только покупать мясо, разделывать, но и готовить его собакам, принимаешь?

— Я согласна на все, Отец. Даже буду есть его, если потребуют обстоятельства.

— А как же, голубушка, твоя физиология?

— Я соврала, у меня ее нет!

Завтра Вадим привезет Сай-Ёо-Ри обратно.

 

24.08.04. Беседа

«С отъездом Сай-Ёо-Ри и Геннадия из Центра энергия «Цефеи» стала Возвращаться, заполняя освободившееся пространство. Невозможно допустить, чтобы из-за действий Геннадия, Ёо-Ри и Вадима она вновь разуплотнила Ауру Лаборатории. Однако существуют и другие преграды, мешающие проникновению энергии в про­странство нашего творчества. Дополнительный просмотр показал, что Егорович отгородился от сородичей плотной эфирной стеной. Для него существуют только пчелки, доски и его мастерская. А когда Сай-Ёо-Ри землю водой заливала, губила растения, он видел и молчал. Не его дело. А подвал? Какое равнодушие! Видеть несовершенства других и молчать. Лицемерие процветает в «Цефее».

Поставив Сан-Тони Матушкой-Настоятельницей, тем же вечером в разговоре по телефону Мастер услышал от нее фразу — «Я наблюдаю», и сразу понял, что она уже упустила момент удара по проявленным недостаткам некоторых Аиинов и сотрудников. Одна Матушка опустилась до обсуждения сотрудников за их спинами, другая решила наблюдать. Это чисто админи­стра­тивный подход. Не наблюдать надо, а действовать. Наблюдать может Мастер, ибо он знает, что делает. Для всех наблюдение — это бездействие. Иногда может показаться, что Мастер сошел с ума, потому что ваш ум не может объяснить Его действия. Одного он постоянно третирует, другого не трогает годами, наблюдает и ждет. Не вторгайтесь в пространство Творчества Мастера. Он МАСТЕР! И этим сказано Все».

 

За обедом, когда к чаю, помимо двух видов варенья, ставятся пряники, Мастер замечает: «Сан-Тони, посмотри на стол, он ломится от яств. Не знаю, как у вас, но у меня эта картина вызывает чувство отвращения. Печально видеть, как желудочные потребности человека забивают его слабые ростки духовного древа».

Работая в саду, понимаю, что ум начал искать оправдание моим действиям. Тогда, погрузившись в мыслительный процесс, я не осознавала, что именно такой реакции добивался от меня Мастер. Он умело поставил капкан, в который я очень быстро попалась.

Во время вечернего чая Отец говорит:

— А где же пряники? Поставьте их на стол, надо же их доесть и эту тему закрыть. Чего им черстветь? Если вы спрятали пряники, это совсем не означает, что избавились от проблемы.

— Ничего, не зачерствеют. Две недели назад купили, а они как свеженькие, — прозвучал мой ответ.

Отец молчит. Я вижу, как изменился его взгляд. Возникла недолгая пауза, заставившая меня затихнуть и сосредоточиться. Я поняла, что сейчас грянет Гром.

— Посмотрите, какие разные энергии. Дочь и мать. Когда два года назад Элиия была призвана в Мою Ауру, на протяжении месяца все, что бы не происходило в Лаборатории, я относил на ее счет. Абсолютно все. Хотя знал в каждом конкретном случае, что сделала это не она. Увидев, кто ко мне пришел, я должен был проверить силу ее Духа. В ответ на мои обвинения Элиия молчала. Она ни разу не сказала, что это не она и не выдала людей, за действия которых Мастер возлагал на нее ответственность. А ты, Сан-Тони, «заложила» другого человека, усугубив тем самым свою карму. Утром я специально запустил энергию с пряниками для тебя, и с подвалом для Егоровича. Так вот, Николай не выдержал и часа. Подошел ко мне и начал оправдываться, ссылаясь на недоработки других. Твой дух оказался сильнее, тебя хватило на шесть часов, но и ты не устояла. Каждый из вас оправдывал свои действия и вполне осознанно находил виноватого, подталкивая его поближе к Огню Мастера.

 

25.08.04. Утро началось с Беседы о равнодушии. Ни один из нас не остановил ребят, когда в семь утра они начали с жутким скрежетом выдирать гвоздодером гвозди. Зная, что утренние часы Мастер посвящает кратковременному отдыху, ни у одного из нас не возникла мысль прервать действия мужчин.

«Можно петь романсы, играть на рояле, восхищаться благоуха­ющими розами в саду, быть большим ценителем классической музыки и знатоком эзотерики, но при этом оставаться равнодушным к человеку. Вы просто притворяетесь, что любите, сострадаете. Перестаньте лгать, слишком очевидно ваше несоответствие тому, что вы говорите и делаете. Между этими двумя аспектами лежит огромная пропасть. Не упадите!»

 

26.08.04. В одиннадцать часов Отец собрал круг.

«Не ждите конкретных сроков выхода на маршрут моей экспедиции. Это может произойти в любой момент. Будьте готовы. Пришла информация относительно отъезда Тони. Я лично должен ее проводить. Накануне мы были предупреждены о гибели пассажирского самолета российской авиакомпании. Сегодня утром мне сообщили, что за последние сутки с разницей в несколько часов разбились два самолета. Оба взорвались в воздухе. Сан-Тони, я принял решение отправить тебя на поезде. Билет на самолет сдашь. Существуют веские причины твоего отъезда именно железно­дорожным транспортом. Завтра выезжаем. Задачи поставлены, Начертание тебе известно. В противостояние включились силы разрушения, которые будут стараться сделать выполнение возложенной на тебя миссии невозможным, вплоть до твоего физического устранения. Поэтому я меняю все планы.

Ёо-Ри, я хочу разъяснить тебе ситуацию с орехами. Замысел Мастера был таков. Орехи, купленные тобою на маршрут помимо согласованного списка продуктов, ты, исполняя мою волю, должна была съесть одна, вместо обеда. Если Мастер не рекомендовал тебе приобретать арахис на маршрут, значит, он не видел в этом никакой необходимости. Ты уже не первый раз, под благовидным предлогом заботы о людях, проявляешь инициативу в закупке продуктов. На этот раз урок должен был возыметь силу. Ты же подходишь ко мне утром и просишь позволить тебе съесть арахис в течение дня. Каждый из нас с удовольствием сделает это. Но в чем же тогда смысл? При таком условии ты уходишь от напряжения, и урок Мастера теряет свою силу. Сравни сама: съесть килограмм арахиса за раз или растянуть его на целый день. Какая жалость к своей утробе! Ты снова пытаешься сгладить острые углы и создаешь для себя мягкие формы — я съем, но в течение дня. Нет! Теперь я тебе орехи не дам. Я с удовольствием оставлю их Жене с Леем. Они в базовом лагере съедят их за милую душу».

 

Вечером Отец спросил у меня:

— Сан-Тони, грустно уезжать?

— Да.

Я не могла находиться с девчонками, хотела побыть одна. Зашла Элиия:

— Спишь?

— Нет, просто лежу.

Она поправила одеяло, выключила свет и принесла свечу. Я впервые почувствовала ее заботу и тепло. Во мне что-то перевер­нулось — я совсем не знаю свою дочь. Спазм боли за свою слепоту перехватил дыхание.

 

27.08.04. Прощаюсь с ребятами. Лаарк встал в восемь утра. Успели позаниматься. Записали с Элиией два вокально-инструмен­тальных дуэта.

Нет привычного, традиционного чувства при расставании — ни печали, ни слез, ни сожаления. Можно не быть близкими родствен­никами, но испытывать к людям необъяснимо теплые чувства.

Ребята, родные, до встречи! Всем удачи!

 На прощание: «Береги себя!» Благодарю, Отец.

 

Вперед, в социум. Тяжело, но путь лежит именно туда. А что дальше? Неведомо, ибо знаю, что измениться все может в любую минуту. Все зависит от твоего соответствия в данный момент тому, что тебе явлено.

Выполнив Начертание Мастера в долине Ярлу, в Лабораторию вернулся Геннадий из Харькова. По дороге Гена встретил Людмилу, Елену и Клавдию. Они последними выходили из долины. Девчонки были не в самой лучшей форме для того, чтобы исполнить Волю Владыки — вернуться вместе с Геннадием и убрать все то, что было сотворено с подачи руководителя киевской группы Анастасии Пеньковой. Поэтому, получив от них последнюю информацию, продолжил свой путь. Увидев масштаб привнесенных искажений по перестройке Каменного Города и выложенной внутренней символики, Гена выполнил Наказ Мастера и устремился назад.

Вестник Отца принес с гор большие Новости. Зона, в которую входит долина Ярлу, объявлена национальным парком и будет находиться под защитой государства. Посещение парка станет платным. Егеря уже в этом году контролировали посещение долины и осуществляли денежный сбор с групп за стоянку и использование леса для костров. Вышел новый путеводитель «Алтай. Туризм, отдых, здоровье». Тираж 10 000 экземпляров, в нем помещена фотография Владыки Рикла на Приемной Чаше в Месте Силы Рериховские Озера. Под снимком текст: «В поисках Шамбалы, Беловодья, других краев обетованных люди приходят к Белухе. Встречаются здесь и свои пророки, Учителя… Но и в самом деле биоэнергетики утверждают, что гора является проводником светлой энергии, связующей нитью между Землей и Космосом».

Мы ехали с Геной в маршрутке и молчали. Я вспомнила, как, прощаясь с ребятами, Женя обронил одну фразу: «Надеюсь, Сан-Тони, что Геннадий Иванович не утомит тебя своими разговорами». Эх, Женька, Женька, тебе бы промолчать, а ты до сих пор носишь в себе обиду на сказанные Мастером слова, о том, что своими пустыми разговорами чуть не убил Сан-Тони, когда год назад в одном купе возвращались с гор. Кажется, такой малозначительный факт, а сколько лицемерия. Гена действительно молчал. Ему было над чем подумать. Мы сидели рядом, но я чувствовала, что между нами пропасть. Почти три месяца совместной работы в Центре, двадцать один день большого экспедиционного кольца, и в конечном итоге... пусто. Мы прошагали вместе сотни километров, а единения так и не произошло. Передо мной возникают образы Ками, Лея, Аллизарха, чувствую, что они рядом. Какая разница! И дело совсем не в том, что я сравниваю их между собой. Нет, они просто открыты, бесхитростны, прямодушны. Что полностью отсутствовало в наших взаимоотношениях с Геннадием и Евгением. Сердце не обманешь.

Перед глазами проносятся лица девчонок, палаточный лагерь, белокипенный Ак-Кем и величественная Белуха. Вспоминаю, как с ребятами восстанавливали разрушенные участки стены Каменного Города, сколько любви было в каждом из нас. Мы знали, что через несколько дней в долину придут люди, и старались все привести в порядок, чтобы Город встретил их в своем первозданном виде в соответствии с замыслом Мастера. И сейчас, когда я слушала рассказ Геннадия о том, как легко люди разрушили стену, сделали сферу, выложили крест, причем как послушное стадо, выполняя указы «видящих» и «слышащих», я вспомнила именно ту тишину и наше Творчество. Контраст был велик. Зазвучали слова Отца: «Тупости человеческой нет предела».

Стук колес, дорожный ритм. Двигаюсь дальше. Я еду туда, где меня нет. Сколько мне там суждено быть… Неведомо…