Ложь, облекаемая в одежды Правды,
становится Правдой только тогда, когда
кому-то в это очень хочется поверить.

Рикла

_____________________________

Посвящается Учителю

В одном далеком затерянном селении жил-был человек с ликом, словно сотканным из нитей Света. Открыта и добра была его душа, мудрым было его слово, таким, что всякий путник, находивший дорогу к его дому, обретал покой и утешение. Из сердца его лилось тепло, а из глаз струился свет. Всякая речь его наполняла людей благостью и давала опору и поддержку в труде тяжком в топях мирских будней.

За всякой заботой никогда не забывал он о близких домо­чадцах, каждому даря от своего открытого сердца внимание и лю­бовь.

Даже в самые лихие времена не запирал он дверей в свой дом, и всегда давал приют странствующим путникам, будь то добрый человек или самый отъявленный разбойник.

В том же краю, в соседней долине, жил другой человек. Умными речами он славился, чудесами разными, но более — силой и властью скрытой своей. Колдуном его звали.

* * *

Эта быль повторяется из века в век, находя место каждому участнику, давно потерявшему нить времени в череде воплощений, ибо внутренний мир человека вынесен на суд истории. Прочитай далее строки сказания и ты, вынеси на суд совести своей дела давно минувших дней. Однако можешь и не суд сотворить, но взойти по ступеням духа, преодолев всяких ликов искушение, как добрых, так и злых, и таким образом войти в Свет, что рожден от Тьмы.

Сотвори Свет из Пустоты лет,

Долгим будет путь, чтоб постичь Суть,

Вечным мигом открой слово жизни в себе,

Отвори дверь — Сердцем что зовут.

Время слагает Вехи Пути, да прядет узоры событий на полотне творчества Вечных Странников. Спустится вестником Дух — из далеких миров гонец, вся иллюзия вечных начал двух вдруг повергнется в прах. Настанет черед человеку один на один — лицом к выбору повернуться, белым иль черным стать. Белым — не значит лишь добрым, черным — не значит лишь пособником зла. Белое — то, что изнутри светит, всеми цветами радуги являя мир; черное — то, что висит, как дамоклов меч над головой, в себя поглощая жизнь.

Пусть получит весть различения человек, что по Золотой тропе идет ввысь, пусть войдет он в реку соловьиного пения, Божества Легионов восславит быль.

Рождена единица болью времени. И рождена двойка — отра­жения игра. А тройкой стал человек, завершив весь мир — он в себе для того три в одном сотворил. Повторяет бег он по кольцам времени, суть незнанья свою всю в уме излив. В том могуч человек, что игрой ума наделен, только не знает, как к себе ключ найти. Тайну хранит сфинкс, лишь в конце пути отгадку найдет человек, не оставив себе времени повернуть ключ в двери.

Продолжение сказания

Однажды пришел к колдуну Смутьян сладкие речи говорить, слово лести излить, да гордыню его воспеть.

— Что живешь ты, седой, духом дремлешь своим, вот стоит за горой твой соперник — враг. Как его ни хули, посильнее твоей будет власть его, и в народе речь подержавнее. Неужели «за так» ты ему отдашь и кладезь славы своей и власть поделишь на двоих?

— Что пришел ты ко мне, искуситель мой? Вижу без тебя его там, за горой. Уж давно во мне зреет хищный план, как его за добро проучить и прогнать восвояси, сумою нищенскою трясти. Вот не зря ты ко мне пришел, в своих планах место тебе я нашел.

Формой убогой стань, плоть свою заморив, и во вражий стан ты назавтра явись. Дам тебе с собой метку власти своей, ты ее оставь на притворе Врат. Сам просись в дом, про нужду песню пой, пусть тебя возьмут на гостевой постой.

Стань послушником, жди назначенный час — на мистический свет полной луны сову я гонцом пришлю. Меч волшебный лежит в одной из палат, — будь ночи черным рыцарем моим, чтоб украсть его! В эту лунную ночь ты калитку открой, тьма моя придет — кладенец возьмет.

И собрался Смутьян в путь, да к волшебнику на постой. Темное дело влекло его, но больше ярость внутренняя к тому, кто выше его. Кто Свет незримый излучает и тем высоту Духа являет. От своей внутренней ущербности Смутьян был зол, ибо рядом был пример того, чего он сам не смог добиться. И дабы не сознаваться в этом себе, он шел убить Свет в миру. Шел решительно поначалу, но чем ближе подходил, тем страшнее внутри становилось.

«Что-то меняется во мне», — только и сумел отследить Смутьян в мутных чувствах своих. Да, зло куда-то исходило из него. Дух противоборства, которым он был полон вначале, покидал его, и чем ближе нога ступала к Храму, тем меньше зла оставалось. В один момент он услышал звуки музыки. Это был хор чьих-то голосов. Вдруг Смутьян почувствовал, как уходит страх. «Я не смогу выполнить порученное колдуном, что это со мной происходит?» — пронеслось в мыслях у Смутьяна.

Ко двору Мастера пришел уже совсем другой человек. Он вспомнил первое чувство любви и радости бытия и готов был откликнуться на первый ее зов. Так и случилось. Его приняли послушником, и он стал чела в общине Мастера. Смутьян почти уже забыл о своей миссии, лишь иногда что-то смутное вырывалось на поверхность его сознания, и тогда он неистово начинал молиться, ибо не было у него сил противостоять нахлынувшему чувству.

Время шло, приближая сроки сужденные. В мирный сон была погружена община, казалось, ничего в эту ночь не может случиться. Полная луна пронизывала своим взглядом Землю, выискивая тех, кто готов был услышать ее зов. И вот прилетела ко двору общины сова и издала свой зловещий ночной клич. В тот же миг словно неведомая сила подняла Смутьяна с постели и направила его к заветному мечу. Он к тому времени уже знал, где находится кладенец, и без труда пришел к нему. Не было каких-то сложностей его забрать — меч лежал открыто, на виду, в алтарном месте. Дрожащими руками Смутьян понес его к калитке, шествуя почти при полном отсутствии сил. Внутри шла невидимая борьба. В нем самом уже родилось и набирало силу новое существо, оно было еще слабым, но уже много понимало в мудрости жизни; было и другое существо, темное — это был он сам, со всей своей прошлой жизнью. В глазах у Смутьяна застыло напряжение, как во сне он добрался до калитки и рухнул на руки уже поджидавших его гонцов. Меч исчез в ночи.

В тот же миг тьма покинула Смутьяна, и тогда он осознал, что сотворил своими собственными руками. Боль великая вошла в его душу, и не было в ней места даже и для капли успокоения. «Что я сделал!» — как набатом звучала мысль. Смутьян было ринулся за гонцами, но быстро понял, что уже никогда не догонит их.

К тому времени весь дом был пробужден. Послушники собрались возле калитки. На земле лежал Смутьян, глухие рыдания сотрясали его грудь.

Голос волшебника озвучил весть скорбную:

— Сейчас ты покинешь этот дом. То же сделаю и я, ибо более не могу здесь оставаться. Скоро сюда примчится стая шакалов.

Я удаляюсь в свою тайную Обитель. Колдун забрал меч, но он не сможет им воспользоваться, он лишь сможет до поры до времени держать взаперти его благую силу. Теперь судьба этого некогда Благо­датного края войдет в полосу разрушительную, испытания всех вас ожидают. Долгое время вы находились под щитом моим, но теперь продолжите свой путь самостоятельно. Я же буду ждать вас в своей Оби­тели. Все, чему учил вас, проявите в себе Светом и отдайте человеку!

Кто из вас пожелает, может остаться в Храме моем, все остальные пусть вернутся к своим прежним занятиям. Помните, вы всегда имеете в себе силу изменить мир в сторону гармонии и высшего блага, каждое прожитое вами мгновение порождает жизнь в соответствующем вашим мыслям качестве. Проходит время, и вы встречаетесь с Вечностью, выделяя Свет изнутри в мире Плотности. Считайте, что сегодня именно в этом и состоит тайна вашей эволюции. У Смутьяна внутри жило зло предательства, чем и воспользовался колдун. Теперь Смутьян созерцает то, что таилось до поры у него в душе. Предательства не случилось бы, если бы он нашел в себе силы немногим раньше сразиться со злом, жи­ву­щим в потаенных уголках его существа. Но он осознанно этого избегал, а когда пришел сюда, зло вообще затаилось в глубинах души, ибо сила Света моего загнала его в самую преисподнюю человека.

— Не думайте, что теперь вы все обречены по воле одного человека. Происходящее есть суть нашей общей Ауры. В наших потерях — сила становления Духа нашего. Во всяком событии разгля­­дите момент времени. Сегодня обозначен новый этап в вашем восхождении, встречайте же и входите в него легкой поступью! Быть может, вам не удастся сохранить себе жизнь, но вам удастся войти в опыт неизбежного с доверием к происходящему.

* * *

Много времени минуло с тех пор. История про меч уже успела стереться в памяти поколений. А участники тех событий давно сменили земную поступь на странствия души, а может, и еще на что-то, о чем никто не ведает.

Но время течет, и жизнь не стоит на месте. По дороге, которая спускается с гор, идет неприметный путник, идет на то место, где когда-то бурлила жизнь общины. Быстро нашел он место Храма, словно когда-то уже посещал его залы. В душе странника можно было услышать внутренний зов, который, словно магнит, тянул его в прошлое, в те далекие времена. Вот место, где стоял дом, а здесь находилась калитка. Путник все хорошо помнил.

Переступая условный порог Врат Храма, он вдруг на какое-то мгновение потерял сознание и погрузился в калейдоскоп воспоминаний. Он увидел волшебника, как тот говорил с людьми; увидел, как жила община, затем, как пришел однажды человек и стал жить в этой общине. И вдруг увидел, как произошла кража меча, и услышал последнюю речь волшебника. Теперь он знал, почему оказался здесь, зачем его направил сюда Учитель.

Еще немного путник, пришедший с гор, сидел в раздумье, перебирая в памяти события минувших лет — нелегко ему давались воспоминания, тем более, что он узнал в себе человека, разрушив­шего общину. Затем странник опустился на колени и преклонил голову к землице-матушке. Боль тех событий снова ожила в нем, и даже столетия времен не могли унять ее. Последний раз он взглянул на дорогое его сердцу место и решительно направился по тропе в гору. Теперь он знал, куда ему идти дальше.

Почти ничего не изменилось в обиталище колдуна. Соль времени не дала трещин на стенах и не прибавила ржавчины в железной ограде. Магическая сила места сохранила земные формы колдуна. Так же, как стены его обители, и сам колдун ничуть не изменился. Но не так было с его посетителем. Пережитое изменило его до не­уз­на­­ваемости, так, что колдун даже не сразу вспомнил о своем знакомстве с ним. Мало того, ему пришлось признать факт, что своим сегодняшним положением он был обязан именно этому путнику из времени.

— Верни меч, который тебе не принадлежит, ты свое сполна получил: волшебник покинул эти земли, и с тех пор тут царит запустение. Только ты хранишь еще здесь свою власть. Но люди не верят тебе, они лишь трясутся от страха перед твоим мнимым могу­ществом. Вся твоя власть основана на силе. Потеряешь ее — и рядом с тобой никого не останется. Когда-то и я хотел стать таким, как ты, но волею судеб, по твоему же посылу, отправился к вол­шебнику. Все изменилось с тех пор. Мне была дарована возможность увидеть мир иначе и пробудить легионы своей тьмы, чтобы с ними сразиться. Это произошло сразу после того, как я выкрал для тебя меч. Долгие годы скитаний определили мой путь. Я жил в общине и потому хорошо знал, что потерял. Я пришел к тебе, чтобы вернуть свой долг людям. Теперь у меня есть для этого сила. Когда я был у тебя в прошлый раз, я был слаб, хоть и крикливо упрекал тебя в твоей несостоятельности. А слабость моя была в том, что я шел на поводу у своей гордыни и всегда ревновал к чужому могуществу. Ты же воспользовался этим и сумел с моей помощью выкрасть меч. Так знай теперь: я заглянул в лицо своей слабости, и она не выдержала моего взгляда. Се — иллюзия. Это именно то, рабом чего ты являешься. Ты — раб своей власти, тебе не знакома любовь к жизни, зато знакома любовь к власти. Ты никогда не расстанешься со своим могуществом и вечно будешь жить на земле, пока последний человек из рода людского не перестанет тебе дарить свою жизненную силу. Но дальше что? Туда ты боишься заглянуть! Однако час этому пробил.

— Что ж, я могу лишь порадоваться за тебя, Смутьян, кажется, так тебя звали? И раз ты стал столь силен, что можешь видеть мой удел далеко наперед, тогда возьми этот меч. Пока это еще никому не удавалось. Он — в башне. Когда мои гонцы принесли его, я принял его с Великой надеждою, но не смог даже удержать кладенец в руках. Я тут же начал терять силу. Мне пришлось замуровать меч в башне на века.

— Прощай, колдун, — путник направился к месту, на которое ему было указано.

В башне никого не было. Странник знал, что много людей по воле колдуна пытались взять меч, но всякий раз, когда кто-нибудь приближался к нему, им овладевал неописуемый страх, такой, что многие из них падали замертво.

Но знал путник и о секрете меча, который ему поведал Учитель: «Этот меч — зеркало души, он возвращает обладателю ровно столько страха, сколько человек отвергает в себе Истины, и дает столько силы, сколько человек вмещает в себе Любви. Вла­деть им сможет только тот, кто однажды потерял себя и обрел вновь», — путник помнил напут­ственные слова Мастера.

Ничто не волновало странника, страх смерти давно перестал довлеть над ним, со спокойным сердцем он приблизился к мечу и взял его в руки. Дальше его путь лежал знакомой дорогой в сторону общины, где ему предстояло начать все сызнова. Воля Мастера будет исполнена его учеником, в том Сила Великая Кроется.

Владислав